— Вот сейчас меня поставили ещё и на Оршу, как она стала логистическим центром. И чувствую я, что благодаря нашему замечательному новому знакомству мне придётся встать ещё на одну карьерную ступеньку.
— Почему? — удивляюсь.
— Ну, Макс, сам посуди, — рассуждает безопасник.
Павлов уже по-домашнему садится за стол, с интересом наблюдает за разговором и реакциями. Ну и я тоже присаживаюсь напротив.
— Есть очень богатый и старый Род, представители которого есть и в администрации разных городков региона, и вообще здесь представлены очень неплохо. И тут у них вскрывается неприятная история. Да, неглавная ветвь, да, официально не любимый брат, да еще и отреклись от них потом… Но все равно твое участие наверняка запомнили. Хотя именно мы его старались не раскрывать. Но всё равно, я думаю, все, кто имел отношение — знали. Ты поднял схему, на которой Род неплохо зарабатывал. Но вроде всё замечательно. Род прекрасно вышел сухим из воды и продолжал существовать одним из главных в регионе. Но и тебя трогать нельзя. Если тебя тронешь — сразу понятно, куда ветер дует. А потом тут ещё и император появился. В общем, тебя из разработки временно убрали — это очевидно. Хотя никто ничего не забыл.
Подходит капитан.
— Сколько нам лететь? — спрашивает подошедшего Клима Степанов.
— Полтора часа, — тут же отвечает капитан. — Воздушник уже приноровился.
— Ну вот, целых полтора часа. Все успеем. — Довольно потирает руки Степанов. — И ведь удивительным образом на распределении кораблей, на одной из узловых должностей, работает господин генерал Окунев. И всё бы хорошо, вот только женат он на сестре главы рода Алиповых. Помнишь же таких, Максим?
— Помню.
— Понимаешь, как хорошо всё складывается? Нам вот чуть-чуть не хватало. А ты опять служишь спусковым крючком. Вот если мы сейчас прилетим и найдём дирижабль без опознавательных знаков…
— Он без опознавательных знаков, — подтверждаю.
— Ещё лучше, — пожимает плечами безопасник. — Тебе будет проще его оформить в свою собственность. Вот как раз вот этот представитель военной полиции нам и поможет — как один из свидетелей. Я его подтвержу.
— Я не буду, — дёргается полицейский.
— Будешь-будешь. Твоё мнение здесь не играет роли. И положи переговорник.
— Мне нужно позвонить, — заявляет пришедший в себя полицейский.
— Нет, не нужно. Считай себя задержанным. Выложи, будь любезен, все средства связи и амулеты, — улыбается безопасник. — И лучше бы подчиниться.
— Думаете, это Окунев предоставил дирижабль? — спрашиваю.
— Я не думаю. Я уверен. Их мелкие грешки мы пару месяцев игнорируем — с тем, чтобы они где-нибудь всё-таки прокололись по-крупному. Предоставление военной техники для частной операции, да ещё и без опознавательных знаков? — довольно потирает руки Степанов. — Итак.






