Дурак заснул на посту, и наше счастье, что по дороге ни снизу, ни из-за гор никого недозволенного не принесло. А могло бы, как ты понимаешь.
- Понимаю, - кивнул Дени. – Но обошлось, и ладно. Ты сам-то когда нормально спал в последний раз?
- Спал, - отмахнулся Филипп. – Что за некромант, где ты его взял? Вы вместе попались?
- Мы попались по отдельности, но вместе смогли сбежать. Нам не повезло угодить в антимагические кандалы, но вдвоём мы их разгрызли.
- И ладно, потерять ещё и тебя было бы для нас всех очень плохо, - Филипп говорил тихо и с горечью. – Не попадайся им больше, хорошо? С тобой мне проще, чем без тебя, веришь?
- Верю, - Дени улыбнулся и обнял брата. – У нас ведь есть еда, я верно чую?
Снизу, от кухни, пахло каким-то невероятно вкусным варевом.
- Пока ещё есть, да. Но что нынче смогут посеять и что потом соберут – одному богу известно.
- Ничего, прорвёмся. Я уже тоже думал, что всё, конец пришёл, а потом господь послал мне мальчишку-некроманта.
- Ладно, расспросим, кто да откуда. Я думал, знаю всех.
- Так и я думал, а оказалось – нет. Он обмолвился, что родные подались на Полуночные острова.
- Захочет – пускай остаётся. У нас можно и укрыться, и воевать. Не захочет – ну, поищем родных.
- Так мелкий же совсем, - вздохнул Дени.
- Сам-то, тебе сколько было, когда ты сбежал в Массилию?
- Шестнадцать, - пожал Дени плечами.
Ну сбежал и сбежал, что теперь? Жизнь такая.
- Ладно, очнётся твой некромант – поговорим. Пошли пока обедать, что ли.
- Да я ещё не завтракал, - усмехнулся Дени.
- Вот всё и получишь – и завтрак, и обед.
- Я и от вчерашнего ужина не откажусь, в плену почти не кормили, а до того в рейде тоже так себе выходило.
- Иди уже, мы пока не голодаем, и пусть так и остаётся, - рассмеялся брат, похлопал Дени по плечу и сам легко сбежал по лестнице вниз.
За обедом, кроме них с Филиппом, собралось десятка полтора ближних – остальные кто где. Кто-то в рейде, кто-то на страже, кто-то спит. Верных людей никогда не было много, более того, потери случались, сейчас уже реже, чем в первые месяцы хаоса, но всё равно. И находить новых людей было всё труднее.
Бунт, названный позже революцией, разразился уже пять с лишним назад. За это время добрые франкийцы увидели столько всего, как никогда раньше. Вдруг оказалось, что королевская власть и королевское слово – пустой звук, а присяга королю – и вовсе нечто эфемерное. Ладно простецы, их, наверное, просто ничему приличному никогда не учили, но ведь и некоторые маги тоже решили, что новая власть – это для них, перешагнули через присягу Роганам и другие клятвы, и перешли на сторону бунтовщиков. Правда, никого из них сейчас уже в живых не осталось, но крови они приличным людям попортили изрядно.
Оказалось, что можно казнить короля, и земля не разверзнется и не поглотит изменников.






