Ленар занял жесткую позицию — бунтовщики должны были сложить оружие или пойти на плаху. Я ничего не советовала в этот раз… Муж военный, он лучше знает, где проявить жестокость, где милосердие… В этом случае моя жалость только во вред… Но иногда мне вспоминался далекий бал во дворце и горящие глаза Рихарда, когда он говорил «Я увезу вас в Гартану. Мы будем счастливы вместе»… Молодой, красивый, обаятельный мужчина… Неужели и он был отмечен «печатью проклятья» рода Реджинандов? И возможно именно поэтому король не захотел женить его на льере Эльвиоле…
Бунт был жестоко и быстро подавлен. Я не вникала, как и что происходит на западе, у меня были свои дела — проправительственный еженедельник, ателье (их уже было три), Данька, Арти и новое зарождение жизни у меня внутри… Рассказывая мужу, я не сдержала улыбку «Похоже все наши дети будут зачинаться на полу, то на шкуре, то на ковре»… На что Ленар сказал, «Я обещаю, что третьего ребенка мы сделаем традиционно, в кровати»…
* * *
Второго сына мы назвали Тони, или Антонием. Он был точной копией Гвеневеров. Такой же белокурый ангелочек с голубыми глазами. Будущая гроза сердец всех девушек в королевстве. Няньки с ним намучились, так как требовал он к себе внимания постоянно. По сравнению с Данькой — небо и земля. Но мой старший сын глубокомысленно и внимательно смотрел на орущего младенца и учился терпению… «Это же мой брат» — говорил он серьезно, — «Он самый лучший»…
Артивиус Реджинанд прожил еще десять лет. Я полюбила этого большого — маленького короля… Застыв в своем пятилетнем возрасте он оставался таким же добрым, искренним и светлым человечком, хоть и со взрослым лицом… Они с Данькой и Тони строили крепости и воевали игрушечными солдатиками. Вместе слушали мои колыбельные и сказки на ночь. И когда Даниэль уже стал обучаться более сложным предметам, учить математику и биологию, историю и географию, мой наследный льер все равно заходил к своему другу и рассказывал как провел день. Я учила сына быть верным и преданным, учила не забывать друзей, оставаться честным и открытым. Ведь Даниэль будет королем в свое время — это уже всем понятно.
Когда у Арти начали появляться приступы той болезни, я дико испугалась. Всего двадцать семь лет, так катастрофически мало… Его отец ведь умер в сорок пять… Но, наверное, боги совсем отвернулись от рода Реджинандов, если последний из них начал чахнуть в таком молодом возрасте. Опять странная бессонница, неприятие пищи, рвота и приступы паники… Я, бывало, всю ночь сидела у его кровати и читала ему сказки, что бы хоть как то развеселить и отвлечь испуганного ничего не понимающего малыша.






