В общем, по мнению Павла Дмитриевича, Саша слишком сильно погряз в любви к собственному телу, дойдя до греховности и прогрессируя в ней. Но, несмотря на подобное восприятие, относился к этому вопросу довольно спокойно, почитая за обычную человеческую слабость.
Павел Дмитриевич прошел по небольшому коридору, сформированному легкой, бамбуковой ширмой и вынырнул в зал, наполненный легкими ароматами хвои и приглушенного света. Зашел и встал, не веря своим глазам. Александр лежал голым на специальном столике, а миловидная тайская девушка, в одном прозрачном шелковом халатике, массировала его тело, обильно втирая в него какое-то масло. Так Киселев и стоял, наблюдая за тем, как миниатюрные ручки ловко справляются со своей работой, стараясь не смотреть туда, где у девушки отчетливо просматривались ее интимные места. Но долго это продолжаться не могло, поэтому, уже спустя полминуты, канцлер вышел из транса, услышав знакомый голос:
- Павел Дмитриевич, добрый день, - Александр поздоровался с канцлером, даже не поворачивая головы и не открывая глаз. - Мне сказали, что у вас ко мне неотложное дело. Присаживайтесь. Возле стены есть столик с чаем и два кресла.
- Да, Ваше Императорское Величество, - Киселев слегка поморщился от слишком фривольной на его взгляд картины и прошел к указанному креслу. - А нам можно наедине? Это государственное дело, поэтому… - канцлер взял паузу.
- Девушка кроме своего родного ничего не знает. Кое-как изъясняется на русском, но пока еще плохо понимает нашу речь. Поэтому, если мы перейдем на французский или немецкий, эффект приватности будет полностью достигнут, - сказал Александр по-французски. Выбор языка был сделан не случайно. Саша понимал, что Павел Дмитриевич очень тяжело воспринимает происходящее в комнате, а потому хотел это несколько компенсировать, перейдя на его любимый язык.
- Хорошо, - кивнул канцлер, также перейдя на французский язык, который он знал практически как свой родной, особенно после того, как пожил несколько лет в Париже.
- Я хотел бы обсудить ситуацию, сложившуюся с утечкой информации. Вы же в курсе, что спустя уже несколько дней, всплыли некоторые слова, прозвучавшие на последнем Государственном Совете.
- Я благодарен вам, Павел Дмитриевич, что вы бдительно следите за обстановкой, но в данном случае нет никакого повода для переживания. Я специально организовал эту утечку, причем лично, передав через разведку кое-какие обрывочные фразы.
- Но зачем!? - Искренне удивился Киселев. - Мы ведь даем возможность туркам подготовиться!
- Зачем? - Александр слегка пожевал это слово. - Видите ли, эта игра ведь не с турками ведется.
- Я вас не понимаю.
- Смотрите.






