ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Маркиз Кейн посвящает жизнь смертельно опасной охоте за пиратом по прозвищу Дикарь с Отмелей, убившим его брата. Однажды в грязный трактир, где он поджидает своего врага, приходит прекрасная, как ангел, Джейд Девушку преследуют негодяи, и она готова скорее умереть, чем утратить честь… Так начинается романтическая, полная захватывающих приключений история любви двух одиноких сердец – любви, которая противостоит любым препятствиям и приносит счастье! Лондон, 1815 год Охотник терпеливо поджидал жертву. Маркиз из Кейнвуда затеял смертельно опасный розыгрыш. Он не сомневался, что до Дикаря с Отмелей уже дошли слухи о наглеце, что, выдавая себя за него, пожинает плоды славы о его злодеяниях. А значит, пират непременно выползет из своего логова, подгоняемый ни с чем не сравнимой, по слухам, гордыней. Он обязательно захочет наказать дерзнувшего. По крайней мере Кейн на это очень рассчитывал. И как только Дикарь объявится – тут-то Кейн его и сцапает. И тогда будет положен конец всем легендам и слухам. У маркиза просто не оставалось иного выбора: паук ведь никогда не покидает паутины, а назначенная за голову разбойника награда никого не прельстила. Удивительно, но среди моряков не нашлось ни одного предателя, хотя обычно сия братия готова мать родную продать, причем за несравненно меньшую сумму. Однако расчеты Кейна не оправдались. Моряки, все как один, внезапно заявили, что деньги их нисколько не интересуют. И тому, как человеку опытному и к тому же цинику по натуре, оставалось только

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кейн старательно пытался скрыть свою реакцию, и все же в конце концов у него буквально чесались руки от желания свернуть шею доброму дяде Гарри, когда Джейд живописала ему особенно опасный инцидент. Кейн пришел к мудрому выводу, что лучше уж вообще ничего не знать о ее прошлом.

– По-моему, мне лучше слушать эти истории по одной.

– Но именно это я и делаю, – удивилась она и тут же уточнила – Я пересказываю их тебе одну за одной, не так ли?

– Я хотел сказать, что лучше мне выслушивать их но одной в месяц – или около того. Человек не в силах вынести столько за один присест. Ты и сама наверняка еще долго будешь с содроганием вспоминать об этом. Черт побери, Джейд, я чуть не поседел. Тебя запросто могли убить. Тебя могли…

– Но ты все равно не злишься, – перебила она. – Ты обещал!

– Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом, – предложил он. – Скажи-ка, когда ты впервые поняла, что любишь меня, – потребовал он. – Я вынудил тебя к этому?

– Разве можно принудить кого-то себя любить? – рассмеялась Джейд. – Думаю, что влюбилась в тебя, как только прочла досье. Это правда, – прошептала она с лукавой улыбкой.

– Джейд, по правде сказать, я не очень-то горжусь выполнением кое-каких приказов. Ведь ты прочитала досье от начала и до конца, полностью?

– Конечно, – ответила она. – Ты был целеустремленным и методичным, но не безжалостным исполнителем. И во всех ситуациях проявлял такую… надежность! Люди верили тебе и ты никогда их не подводил. И я, конечно, не осталась к этому равнодушна. А потом еще и познакомилась с тобой. Ты несколько напоминал Мак-Киндри, ведь ты тоже подкрался и похитил мое сердце прежде, чем до меня дошел смысл происходящего. А теперь ты должен признаться мне!

– Это случилось во время одного из наших горячих споров.

– Да разве мы с тобой спорили?! – Теперь настал черед недоумевать Джейд. – Да мы просто орали друг на друга как помешанные, не внимая никаким аргументам.

– Мы спорили, – повторил он. – Просто спорили громче, чем обычно, вот и все.

– Ты хочешь сказать, что сначала полюбил мой рассудок?..

– Нет.

Джейд рассмеялась в восторге от такой откровенности и вдруг выпалила:

– Послушай, а зря мы не взяли с собой твоего слугу. Может показаться подозрительным, что он остался в усадьбе, Кейн.

– Стернс никогда в жизни не ездил со мной в Лондон, – заверил Кейн. – И это всем известно. Он ненавидит Лондон, объясняя это тем, что здесь слишком шумно.

– А мне его не хватает, – призналась Джейд. – Он так похож на тебя. Стернс – само упрямство. И самоуверенность.

– Никто не понимает, почему я его терплю, – ответил Кейн. – Хотя, если сказать по правде, это я не понимаю, почему он терпит меня. Он был для меня своего рода щитом, особенно в детстве.