ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как жить в мире, который не знает слова «жалость»? Магическая версия мира так похожего на Феодальную Японию – может ли быть место еще более жестокое и безжалостное по своей сути? Стас Ордынцев принял правила игры и со всей своей беспощадностью ломает этот мир на свой лад. Там, где не справится сила, найдет лазейку хитрость и циничность. А уж последних у нашего героя хоть отбавляй. – Восхитительно. Я очень рада, что ты останешься, – облегченно улыбнулась ёкай. Было видно, что искреннее желание Стаса подольше с ней пообщаться, растрогало дух демонической девушки. – Давно я так приятно ни с кем не общалась. Это такое новое, неизведанное чувство, просто с кем-то говорить. В отличие от всех остальных ты меня не боишься. Да, опасаешься и находишься все время настороже, но не боишься… Носик духа забавно затрепетал, будто она старательно к чему-то принюхивалась. – К тому же, я не знаю, как это выразить, но ты какой-то другой, – девушка придвинулась вплотную. – Я никак не могу понять, – она стала настолько близко, что Стас сумел разглядеть свое отражение в этих черных бездонных глазищах. – Ты ведешь себя, говоришь и даже пахнешь как-то иначе…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Особо сильные воители могли вовсе не заморачиваться, накрывая одной мощной техникой сразу всю деревню.

Вот, стоят десятки домов. А чуть погодя на их месте появляется живописное озеро, в котором плавают немногочисленные обломки.

Именно поэтому воителей, у которых не было никаких клановых знаков, боялись пуще всего, ведь именно так они ходили на «детские промыслы» и прочие особо сильно незаконные предприятия.

Из всего сказанного становится очевидно, что воители отступники были еще одной причиной пламенной «любви» местных к воителям.

Злые, как черти, лишенные всего, предатели не особо ценили человеческие жизни, стараясь жить на полную катушку. Некоторые кланы объявляли за их головы награды, что порождало страшные опустошения, когда охотники за головами все же находили отступников.

Некоторые из них, пользуясь раздробленность и слабостью мелких стран, присваивали себе деревеньки или небольшие города, объявляя себя хозяевами. Если сила подобных предателей была велика, то слабые страны долгое время могли вынужденно терпеть присутствие рядом с собой этих убийц.

Впрочем, большинство отступников, старались спрятаться или скрыться в других странах, подальше от своих изначальных кланов.

Выглядели эти отступники не сказать, чтобы серьезно. Отсутствие доспехов и простая одежда давали сразу оценить их низкий ранг. Однако даже низкого ранга могло хватить, чтобы вырезать здесь всех присутствующих кроме ронина.

– Кенсей Урамаса. Мы долго тебя искали. Это именно ты подло убил двоих наших товарищей во время облавы ёрики. Не вы ли, самураи, все время говорите о чести? Так почему же ты убил их дерясь с поддержкой в пару десятков ёрики? Вот теперь ты ощутишь на своей шкуре, каково это. Ты один, а нас двое…

Отступники вытащили мечи и самый разговорчивый к вящему недоумению Стаса продолжал что-то гневно вещать.

«Почему они не нападают?» – Недоуменно подумал Ордынцев: «Это что, какая-то местная традиция? Заговори своего противника до смерти?»

– Держи, – в грудь Стаса вбили ножны с катаной, заставив того инстинктивно схватить их. На недоуменный взгляд Ордынцева Кенсей коротко пояснил. – Я смогу взять на себя лишь воителей и тех, кто впереди. С задними придется тебе драться самому. На этого, – презрительный взгляд на мастерового, который побледнел словно полотно. – Надежды нет.

У Стаса было много чего сказать ронину, начиная с того, что он никогда не дрался долбанной катаной, заканчивая тем, что он будет один против сразу троих!

Но землянин прекрасно понимал, что его жалобы ничего не изменят. Более того, судя по хмурому лицу воина, он сам был отнюдь не уверен, что сможет выйти из своего собственного боя победителем.

Поэтому Стас молча принял катану и серьезно кивнул, выжидающе на него смотрящему ронину.