ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«ДНЕВНИК МАГА», или «Паломничество», как еще называют эту книгу, — это описание путешествия Пауло Коэльо по легендарному Пути Сантьяго, пройденному миллионами пилигримов со времен средневековья. В своем поиске он встречает мистических проводников и демонических вестников, учится понимать природу истины, для обретения Силы знакомится с упражнениями-ритуалами мистического Ордена RAM. «Дневник мага» занимает важнейшее место в становлении Коэльо как писателя. Хотя это его первая книга, она не уступает феноменальному «Алхимику» по глубине и поиску смысла. В 1986 году, когда Пауло Коэльо совершал свое паломничество, по Пути Сантьяго прошло всего 400 человек. На следующий год после публикации «Дневника мага» по этому Пути прошло более полумиллиона пилигримов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И люди верили Христу не только потому, что Он был красноречив и убедителен, — Ему требовалось еще и творить чудеса, и награждать Своих последователей…

— Попрошу в моем заведении не порочить Господа, — вдруг вмешался хозяин бара, прислушивавшийся к нашей беседе.

— Никто и не порочит, — ответил Петрус. — Порочить Христа — значит совершать грехи с Его именем на устах. Вспомните, что когда-то произошло на этой площади.

Хозяин на мгновение задумался. Потом быстро произнес:

— Я тут совершенно ни при чем! Я был тогда совсем маленьким.

— Виноваты, конечно, всегда другие, — пробормотал Петрус себе под нос.

Хозяин ушел на кухню, а я спросил Петруса, что он имел в виду.

— Пятьдесят лет назад, в нашем культурном XX веке, на площади в этом городке заживо сожгли цыгана. Его обвинили в колдовстве и в глумлении над святыми дарами. На фоне всех других зверств, что творились тогда, в пору гражданской войны, случай этот быстро позабылся. О нем сейчас уже никто и не помнит. За исключением местных жителей.

— А ты как об этом узнал?

— Я уже проходил Путем Сантьяго.

Мы сидели в пустом баре и пили, солнце жарило вовсю, было время сиесты. Несколько минут спустя вновь появился хозяин, но не один, а в сопровождении приходского священника.

— Вы кто такие? — сурово спросил падре.

Петрус показал ему раковины, вышитые на наших мешках. На протяжении двенадцати столетий по Пути мимо этого бара шли пилигримы, и обычай требовал оказывать им гостеприимство в любых обстоятельствах. Священник сбавил тон.

— Как могло случиться, что странники, следующие по Пути Сантьяго, позволили себе хулить Иисуса? — спросил он, будто зачитывая вопрос из катехизиса.

— Никто из нас не хулил Иисуса. Мы хулили преступления, совершенные якобы во имя Иисуса. Одним из них была расправа над цыганом, которого сожгли на этой площади.

Хозяин, разглядев знак раковины на рюкзаке Петруса, тоже заговорил с нами более почтительно.

— А ведь проклятие, что наложил цыган, так и не снято, — промолвил он под неодобрительным взглядом священника.

Петрус заинтересовался. Священник стал говорить что-то о неразумных прихожанах, рассказывающих нелепые басни, которых церковь не признает. Но хозяин продолжал:

— Перед смертью цыган сказал, что самый юный из жителей нашего городка унаследует его бесов, которые вселятся в него. А когда этот младенец вырастет, состарится и умрет, бесы перейдут в тело другого младенца. И так — до бесконечности.

— Почва у нас такая же, как во всех других городках в округе, — сердито проговорил священник. — И от засухи мы страдаем, как и все. А когда в других местах хороший урожай, то у нас тоже полны закрома. У нас не случается ничего такого, чего не было бы в любом другом местечке вокруг.