Было видно, что этот человек ждал своего часа очень долго и готов при надобности прождать столько же. Из-под закатанного рукава на загорелом мускулистом предплечье выглядывала часть татуировки… А это уже серьёзно! Изображение Монолита с шестигранным болтом по центру. Такие наколки делали на Большой Земле в тюрьме, куда по случаю отправляли всех пойманных сталкеров, кому посчастливилось не схлопотать пулю в лоб. Заключённый, мотающий срок за сталкерство, получал заслуженную метку и однозначно поднимался в глазах других сталкеров.
Уверенный в себе Штатив, без особых внешних примет, судя по говору — украинец. Болтающий ногами и энергично кивающий Ларс, столь непохожий на крутого парня. Борланд мог поклясться, что видел его как-то в Баре ещё два года назад. Точно — именно Ларс в своё время искал в Баре изоленту, чтобы обмотать отваливающийся глушитель автомата, вызвав ураган хохота среди сидящих за столом «свободовцев». Идеальный разведчик.
Уже знакомый сталкер Мармадок, вероятно, самый младший в группе. Он напоминал Борланду Уотсона, однако явно имел в жизни больше побед.
Неторопливо жестикулирующий Рубин со стрижкой под ноль, обращающийся к майору так, что было видно — он явно старше по званию. Хотя в поведении чувствовалась плавность и особая одухотворённость, присущая медикам. Этого нельзя было сказать о паре похожих друг на друга силовиков, сидящих чуть в стороне ото всех. Хищник и Чужой. Эти явно больше разбирались в том, как лишить жизни человека, нежели в том, как её спасти. Непонятно, как в их компанию затесался добродушный Бондарь, который был моложе лет на десять и значительно тоньше.
Борланд не сомневался, что ещё никогда не был в компании столь разносторонних людей. Они вселяли уверенность, которая чувствовалась только в Технаре, сочетая её с энергией форсированного двигателя, урчащего пока что на холостых оборотах. Сам он чувствовал себя клоуном в своём жёлтом костюме и был уверен, что все сэры в момент просчитали его самого и степень опасности, которая могла от него исходить, — со вполне закономерным кажущимся безразличием.
Клинч перестал шептаться с Рубином и Драмом.
— Минутку, — сказал он. — Сейчас приведу Консула. Терпите, ребята, скоро всё кончится.
Он вышел в коридор, прикрыл за собой дверь и тут же остановился.
Перед ним стоял Консул с двумя людьми. Все трое были при полном боевом оснащении и держали короткоствольные «кипарисы» наготове.
Майор почувствовал, как его на мгновение бросило в дрожь, которой он не испытывал с юных лет. Наличие на брифинге посторонних людей выходило за все рамки.
— Кто это? — спросил Клинч жёстко. — Что всё это…
— Майор Кунченко, — сказал Консул, постепенно расплываясь в злорадной улыбке. — Клинч.






