Марк посветил на него фонарём.
— В таком случае я могу разве что посоветовать подумать дважды, прежде чем пытаться нас искать, — ответил он. — Не разочаровывай меня, Владимир.
— Марк, — немного укоризненно произнёс Клинч. — Ты меня за дурака держишь? Я всё понимаю. Ты думаешь на много шагов вперёд, но порою всё же недостаточно далеко. А если я тебе тоже понадоблюсь?
— Вот тогда и поговорим, — ответил Марк. — Прощай, майор.
— Прощай, Консул, — произнёс Кунченко.
Борланд долго смотрел ему в глаза.
— Хороший ты мужик. Клинч, — сказал он. — Есть в тебе что-то такое. Удачи тебе на войне. На любой войне.
Клинч молча поднял ладонь в знак прощания. Коротко кивнув, Борланд повёл Литеру прочь от этого места.
Снаружи Саркофага в пределах видимости не было ни единой живой души. Небеса вновь затянуло тучами, но в этот раз они не казались грозными. Вдалеке пылал Рыжий лес, выпуская на волю стену густого, чёрного дыма. Припять снова пребывала в затишье.
— Непривычно тихо, — признался Марк. — Только сейчас я вспомнил, что встретил Зону именно такой, когда попал сюда в самый первый раз. Тогда тишина пугала неизвестностью. Зона тихая, даже во время выброса она тихая по-своему. Суетливы только люди. Отвык я от тишины за это время.
— Да, — подтвердил Борланд. — Голова шумит. Но остался последний рывок. Выбраться отсюда. А там и подумать можно, и поговорить.
— Куда мы идём? — робко спросила Литера.
— К восточному концу Зоны, — ответил Марк, приветливо глянув на девушку. — Там спуск под землю и прямой проход за пределы Зоны. Если мы кого-нибудь там встретим, то только друзей.
— Фармер и Уотсон тоже там, — сказал Борланд. — Они в полном порядке.
Литера засмеялась. Звонко, словно последней ужасной недели не было.
— Что это? — спросил чей-то голос. — Я не слышал таких звуков раньше.
Марк остановился.
— Борланд, это ты сказал? — спросил он.
— Нет. — Сталкер положил руку на пистолет. — Значит, это…
— Контролёр? — произнёс голос.
Литера толкнула Борланда, показывая в сторону.
Со стороны монумента двигалась человеческая фигура в балахоне. Движения были немного медлительными, в них почти не чувствовалось энергии.
— Тибет, — сказал Борланд. — Контролёр Тибет.
— Да, это я, — подтвердил гость. — Монолит чувствовал, что я иду… он снял радиацию. Без неё я ослабел.
Дыхание контролёра было шумным и тяжёлым.
— Зачем ты здесь? — спросил Марк.
— «Горизонт событий» закончился не так, как надо, — ответил контролёр. — Вы должны были уничтожить Монолит.
— Мы это сделали.
— Чтобы собрать снова. Я не позволю.
Борланд попытался оттолкнуть Литеру за спину, всё ещё чувствуя пальцами рукоятку пистолета. Тибет повернулся к нему.
— У тебя больше нет ножа Сенатора, чтобы противостоять мне, — хищно предупредил он. — Я говорю.






