ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Руби Делисантро никогда не краснеет, но одного взгляда изумрудных глаз Кэллума Уэстмора достаточно, чтобы мгновенно вогнать ее в краску. Руби привыкла верховодить в отношениях, но что-то подсказывает ей, что Кэл видит ее насквозь и его не обманешь напускной насмешливостью. Руби опасно близка к тому, чтобы оказаться в его власти, и самое страшное — это ей нравится! Мельком глянув в зеркало заднего вида, Руби Делисантро мысленно отмахнулась от нетерпеливого сигнала и сосредоточилась на подкрашивании губ и попытках успокоиться. Не очень обширная, но крайне популярная сеть пабов «Хэмпстед» попала в ее список объектов, заслуживающих пристального внимания, уже очень давно, больше года назад. Несколько месяцев ушло у Руби на то, чтобы добраться до главы сети и добиться аудиенции. И прежде чем начать искать место для парковки, она хотела привести себя в порядок. Впрочем, проигнорировать визг тормозов и ощутимый толчок было чуть сложнее, чем сигнал, особенно учитывая размазанный по всему лицу блеск для губ. Наскоро вытерев щеки, Руби выскочила из машины. Получить огромную вмятину от какого-то придурка — не самый лучший способ подготовиться к встрече, которая может стать ключевым пунктом в карьере. К тому же она совсем недавно возила Скарлет в сервис-центр, отдала за это двести двадцать фунтов, и если с ее возлюбленным «жуком» что-то случилось, кое-кто умрет.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Каждое свое решение Кэл обдумывал долго и обстоятельно, черт возьми, он неделю выбирал новый телевизор! И это его свойство очень нравилось Руби! Он просто не мог решить, что хочет детей, за три секунды!

— Ты ведь даже не подумал, — прошептала Руби.

Он пожал плечами, поглаживая ее спину:

— А о чем тут думать? Ты будешь прекрасной матерью. Я, если постараюсь, думаю, смогу стать неплохим отцом. Конечно, ошибок нам не избежать, но никто не идеален.

Руби молчала, потрясенно глядя на него, и он продолжил:

— Руби, я люблю тебя. Последние семь месяцев были самыми счастливыми в моей жизни. Я прихожу домой, вижу тебя, и мне приходится щипать себя, чтобы поверить, что это не сон, что ты правда моя. Мы прекрасная пара. Я никогда не думал, что захочу иметь детей, но с тобой все по-другому.

Глаза Руби наполнились слезами. С ней все по-другому. Она изводила себя долгие месяцы, а ответ на мучительный вопрос все это время был перед ней. Кэл стер слезы с ее щек.

— Надеюсь, ты плачешь от счастья.

Она слабо шлепнула его по руке.

— Конечно от счастья.

— Хорошо. Но знаешь, в твоем плане есть одна маленькая погрешность.

Руби шмыгнула носом. Эйфория вытеснила все сомнения, чувство счастья затмило все, и она с трудом могла сосредоточиться на чем-то еще.

— Какая?

— Ты ведь знаешь, что я ужасно скучный тип, который выше всего ценит порядок. Поэтому прежде, чем мы начнем создавать полноценную семью, я хочу, чтобы мы поженились.

Руби чуть не взорвалась от невыносимо острого приступа счастья.

— Правда?

— Правда.

Он прижал ее к себе и коснулся губами ее губ, и хотя страсть немедленно вспыхнула в Руби, она нашла в себе силы слегка оттолкнуть его.

— Не так быстро, Уэстмор. Если ты думаешь, что я удовлетворюсь такой формой предложения руки и сердца, ты ошибаешься.

Кэл хмыкнул, поднял Руби и усадил ее на стол, одновременно задирая подол ее платья.

— А я думаю, что все вполне нормально. Впрочем, у нас в любом случае будет время, чтобы обставить все так, как хочется тебе.

Его пальцы ласкали внутреннюю сторону ее бедер, но Руби не поддалась на его провокации.

— Я, пожалуй, избавлю тебя от этого. Кэллум Уэстмор, ты согласен стать моим мужем и завести со мной детей?

Кэл подхватил ее, закружил, крепко поцеловал и рассмеялся:

— Проклятье, женщина, я уж думал, ты никогда не спросишь меня об этом!

Чтобы достичь цели, им потребовалось три месяца, и за это время они успели обручиться и пожениться так, как хотелось им обоим. Следующей весной, когда они праздновали рождение Макса Райана Уэстмора, все были счастливы, а Руби, даже несмотря на лишние шесть фунтов, набранные во время беременности, была на седьмом небе.