ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Колдун-тиран Азарвил уничтожен, и теперь за его наследством и бывшими соратниками идет охота. И пусть бы шла, ведь зло должно быть уничтожено на корню. Верно? Еще месяц назад Лариса Ветлицкая, обычная студентка московского вуза, на этот вопрос ответила бы утвердительно. Вот только нынче все вокруг почему-то считают злом и ее. Как же быть? Выбор невелик: скрываться и жить в страхе или принять весьма своеобразное предложение от опального темного мага. Паринтон — небольшой городок на окраине Сумеречного королевства — являлся типичным захолустьем. Даже несмотря на то что стоял на полноводной реке и большая часть паринтонцев весьма неплохо зарабатывала на рыбном промысле. Не до эстетики обычным рыбакам было, а столица с ее вечной суетой и модными веяниями находилась слишком далеко. В общем, жизнь здесь текла размеренно и однообразно. Лишь последние события, связанные с возвращением черного колдуна Азарвила, слегка расшевелили местное сообщество. И как следствие, у единственного старого мага-артефактника Гарштеруса, который несколько лет назад решил перебраться в это спокойное местечко, прибавилось работы. Дело в том, что всем горожанам резко потребовались защитные амулеты от нежити. И неважно, что до границы, где проходили боевые действия, было не близко. «Порталы — они везде стоят. Мало ли куда тирана-некроманта закинет?» — аргументировали свое беспокойство рыбаки. И даже то, что вероятность подобного события была минимальна, не могло их разубедить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Искристая обитель? — Название мне понравилось. Было в нем что-то такое… магическое и притягательное. — И когда пойдем?

— Да хоть сейчас. — Машка задорно подмигнула и подскочила с дивана.

— Сейчас?

Я даже немного растерялась. Вообще-то ничего против я не имела, но идти в другой мир вот так, сразу, без подготовки?

— А почему нет? — вопросом на вопрос ответила подруга. — Тебя дома кто-нибудь ждет?

— Ты же в курсе, что нет, — поморщилась я.

— В таком случае пошли. Чего время терять?

Хм, действительно. Почему бы и нет?

— Знаешь, а пошли. — Я решительно поднялась. — Инициация, так инициация. Чем раньше пройдет, тем лучше.

— Вот и я так считаю, — согласилась Машка.

Подруга быстро начертила в воздухе рукой какой-то символ, и пространство прямо перед нами подернулось бело-голубыми разводами. Портал! Раздери меня гром, если это не всамделишный магический портал!

От восхищения я аж присвистнула.

— Один шаг, Лар, и ты в обители, — с мягкой улыбкой наблюдая за моей реакцией, произнесла Маша. — Поверь, тебе у нас понравится. И не бойся, перехода ты не почувствуешь.

— Верю.

Я глубоко вздохнула и шагнула вперед.

Пробуждение было паршивым. От долгого лежания на земле все тело ломило, а мышцы ног свело судорогой. Но он не обращал на это внимания. Мелочи ведь по сравнению с тем, что он вообще еще жив.

Даннелион Арвирийский Мрачный приподнялся на локте и огляделся, чтобы понять, куда его забросило. Ведь несколько часов назад, когда его полумертвого вышвырнуло из Ограниченного мира, было не до осмотра.

Двигаться Даннелион в тот момент не мог, поэтому понадеялся лишь на собственную удачу и на то, что искажающий ауру амулет все еще находится в рабочем состоянии. Конечно, всплеск перехода между мирами наверняка незамеченным не остался, но благодаря амулету был шанс отсрочить собственное обнаружение. Хотя бы на время, хотя бы пока организм не исцелится.

Даже не открывая глаз, Даннелион спешно восстанавливал магический резерв. И одновременно, из последних сил сражаясь с надвигающимся беспамятством, выплетал заклинание целебного кокона. Лишь завершив и активировав его, темный маг окончательно переложил дальнейшую судьбу на волю случая и позволил себе отключиться.

Его могло выбросить рядом с городом или деревней. Амулет мог не выдержать принудительного перехода и разрядиться. Да и заклинание исцеления могло не успеть заживить опасные для жизни раны.

Однако Даннелиону повезло трижды: он остался жив, амулет до сих пор работал. И, судя по тому, что маг видел сейчас вокруг, его забросило на лесную опушку без каких-либо признаков людского жилья поблизости.

— Было бы кому вознести хвалу, клянусь Темнейшим, помолился бы, — пробормотал Даннелион, разглядывая освещенные заходящим солнцем макушки деревьев.