ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сергей — обладатель необычного дара. Своим желанием он может поднимать мертвых и повелевать ими, а чужая боль способна сделать из него сверхчеловека. Можно долго рассуждать об этической и моральной стороне этой Силы, но, по крайней мере, благодаря ей он все еще жив. Теперь негласный лидер преступной Золотой Десятки хочет использовать Сергея в своих делах, шантажом вынуждая играть по чужим правилам, а старый генерал Сухов загорелся пламенным желанием захомутать перспективного медиума в свое ведомство. Но у Секирина совсем другие планы, и идти у кого-либо на поводу он не собирается. На его совести уже повисло почти два десятка трупов, и он готов к тому, что их станет гораздо больше.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тот явно фонил какими-то эмоциями и чувствами, но я не мог сконцентрироваться и прочитать их, потому что отсутствие Силы просто выворачивало мое нутро, мешая даже сосредоточиться на собственных мыслях. Не удивительно, что я его не заметил.

Но укол действовал все сильнее, и постепенно в голове одновременно начало и туманиться, и проясняться. Я, избегая двигать шеей, обвел помещение одними глазами, осмотрелся уже более сознательно, и вдруг обнаружил, что моя рука пристёгнута наручниками к койке. Охренеть! Да я же

— Эй, служивый, выгляни сюда. — Тихо просипел я, но страж порядка меня расслышал.

— Чего? — Вынырнул он из своего тканевого убежища.

— Что происходит вообще?

— Откачали тебя, вот что происходит, — недовольно пробурчал тот в ответ.

— А ты тут чего сидишь?

— Смотрю, чтоб ты не сбежал куда-нибудь.

— Ха-ха, — совершенно безэмоционально пробормотал я, — я сейчас и ходить-то могу исключительно под себя, куда уж бежать?

Полицейский только безразлично пожал плечами и собирался уже вернуться на свое место дежурства, скрывшись от моего взгляда, но я остановил его еще одним вопросом.

— Погоди! А за что меня арестовали хоть?

— А что, столько всего натворил, что даже не догадываешься? — Желчно сыронизировал парень в форме.

— Я серьезно. Меня тут двумя очередями из Калашей прошили, а ты надо мной издеваться удумал.

Видимо, мои слова прозвучали достаточно убедительно для полицейского и все же сумели немного всколыхнуть в нем жалость, так что снизошел до ответа на мой вопрос.

— За убийство тебя арестовали.

— Это за какое-такое еще убийство?

— За убийство Вагона. Анатолий Вагин который.

Эх, Вагон-Вагон. А я уж и думать про тебя забыл, грязный ты ублюдок.

Это последнее что я успел подумать, прежде чем провалиться в тяжелое и душное беспамятство.