Возможно, это адреналин, я не могу точно сказать, но чувствую, как ко мне возвращаются силы. Это начинается с лучика надежды, и я обдумываю, как бы хорошенько врезать Харви, когда он снова подойдет ко мне.
Сделай так, чтобы он продолжал говорить!
– Я думала, Ханна вас обожает… Почему она решила от вас уйти?
– А кто ее знает… – Харви вздыхает. – Ханна ни с кем не встречалась, так что дело не в этом. Просто однажды она объявила о том, что собирается от меня уйти, незадолго до твоего появления. Ты бы ее видела – она была похожа на маленькую птичку, дрожащую и напуганную… Я попросил ее не торопиться, дать нашему браку еще один шанс. Ради Мии. – Он усмехается, затем снова вздыхает. – Но, подозреваю, все дело в том… В общем, скажем так: у меня есть определенные предпочтения. На самом деле это встречается не так уж и редко, как можно было бы предположить. Мне нравится причинять боль. Ханна это знала, но она оказалась такой же, как и Серена. Сначала они говорят, что рады попробовать что-нибудь новое. Находят это захватывающим. Но затем разворачиваются на сто восемьдесят градусов. Серена грозила подать на меня в суд. Ума не приложу, зачем я вообще на ней женился. Она никогда не смотрела на меня так, как смотрела Ханна. Серена была слишком честолюбивой, слишком эгоистичной. Мне пришлось бы заплатить огромную сумму наличными, чтобы заткнуть ей рот. И я не уверен, что она все равно молчала бы.
– И поэтому вы отправили ее в Лондон и теперь платите ей отступные. Я видела у вас в кабинете выписки по кредитным карточкам.
– Серена не в Лондоне. Я просто пользуюсь ее карточкой для покупок в интернете или когда бываю в Лондоне, чтобы поддерживать видимость того, будто она там.
– Что вы хотите сказать? Где она?
Харви не спеша отпивает глоток, глядя мне в глаза. Есть в его усмешке нечто такое, отчего у меня учащается пульс, а внутренности превращаются в воду.
– Недалеко, – наконец говорит он.
«Я рада, что сделала то, что сделала».
О господи! Серена мертва. Я в этом уверена. Харви намеревался представить все так, будто к этому имела какое-то отношение Ханна, но затем передумал и решил втянуть в свою схему меня. Однако он, похоже, забыл про запись в дневнике. «Я рада, что сделала то, что сделала». Это было написано еще тогда, когда виновной должна была стать Ханна. Комната вокруг кружится, я близка к обмороку. Стою на четвереньках, опустив голову. Потому что теперь я знаю, без какой-либо тени сомнения, что не выйду отсюда живой. Как и Мия.
– Вы безумец!..
– Совершенно верно, Клэр. Точно подмечено. Чувствуется твое образование. – Харви хочет сказать еще что-то, но его перебивает звонок сотового. У меня перехватывает дыхание, и наши взгляды скрещиваются.
Харви выразительно поднимает палец.






