ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мой дар позволяет возвращать мертвых к жизни, говорить с ними, повелевать… Но я никогда не желал использовать его во зло. Напротив, я даже старался помогать полиции в расследовании убийств, узнавая все подробности произошедшего непосредственно у жертв. Однако нашлись те, кому мои способности встали костью в горле, те, кто не хотел, чтобы мертвецы когда-нибудь заговорили вновь. За моей головой началась настоящая охота, и теперь, чтобы просто выжить, я вынужден творить ужасные вещи. Что ж, вы сами сделали из меня монстра… В книге присутствует нецензурная брань!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так что в вас он увидел прекрасного кандидата на вступление в ряды его личной гвардии.

И я реально задумался. Личная гвардия? Это значит, где-то рядом, возле него. То есть фактически я могу одним точным импульсом Силы обезглавить «золотую десятку» или, что еще лучше, уничтожить изнутри, сделав их лидера своей марионеткой.

– А скажи мне, Дима, с чего вообще Хан на меня взъелся? Неужели Штырю была нанесена такая смертельная обида, тем более что его люди первые на меня напали, чтобы из-за этой мелочи начинать на меня охоту?

Мой собеседник слегка изогнул бровь, словно показывая, что не совсем понял шутку. А обнаружив, что я абсолютно серьезен, недоверчиво покачал головой.

– Вы знаете, Сергей, хоть я и весьма далек от криминала… да, не удивляйтесь, я просто посыльный, который отрабатывает перед Ханом старый долг, но и то в курсе, что эта «обида», как вы выразились, только лишь повод, простой стимул, который должен был позволить Штырю стараться лучше в деле вашего, простите, устранения.

В воспоминаниях пронеслись сцены в полутемном подвале, наручники на запястьях, битое стекло и плесневелые стены…

– А в чем тогда истинная причина?

В ответ собеседник лишь пожал плечами.

– Вам должно быть виднее, Сергей.

Мы немного помолчали, прежде чем я задал следующий вопрос:

– Хан мне предлагает что-то конкретное?

Внимательный взгляд Димы прошелся по моей фигуре, словно искал какие-то одному ему известные подсказки.

– Расскажите, Сергей, чем вы запугали Бориса Дерзюка?

– О чем вы? – Я действительно удивился, потому что не думал, что кто-то будет связывать его самоубийственный перформанс со мной.

– Вы прекрасно знаете, о чем. Боров был одним из самых преданных людей Штыря, он шел за ним почти с самого начала его криминальной карьеры. Иными словами, это был верный пёс, которому Штырёв доверял немногим меньше, чем себе. И тут, стоило только задеть вас, Сергей, происходит такое…

– Какое?

– Бросьте, Сергей! Вы совсем неубедительны. Если вы расскажете мне, как заставили Борова застрелить своего босса и покончить с собой, откроете, чем вы его шантажировали, то Хан примет это в качестве первого вашего вклада на пути к взаимовыгодному сотрудничеству. Разумеется, ему нужны будут все мельчайшие подробности.

Так вот какие выводы сделали в «золотой десятке»… все-таки убийство Штыря связали со мной, ошибившись лишь в мотивах Борова. Будет трудно объяснить, что никакого шантажа не было, но я и не собираюсь этого делать.

– Боюсь, что вы ошиблись в своих выводах, я ничего об этом не знаю.

Я старался выглядеть максимально невозмутимым. Посланец Хана опять смерил меня внимательным взглядом, выискивая даже мельчайшие намеки на ложь, однако не стал ни на чем настаивать и требовать.