Так что тут, скорее, нужно благодарить прорыв медтехнологий полтысячелетия назад. Когда нужные подчинённые перестают умирать от старости и не впадают перед этим в маразм, это, знаешь ли, очень помогает… Правда, без псионики тоже трудно разобраться в человеке быстро, но это как раз вопрос решаемый. Ты наверняка задумывалась, почему главы старых родов передо мной практически благоговеют и верны до мозга костей? Всё просто – я был их учителем… Был и остаюсь. Но наша страна продолжает расти, пусть и обманчиво медленно, а потомки и люди, не прошедшие мою школу, часто оказываются недостаточно надёжны: видела, что натворил единственный идиот у власти на Сандре? Вот-вот. Нельзя прекратить рост, это будет равносильно смерти, а я, как тебе уже и говорил, не могу быть везде и сразу. И уж тем более не могу внушить уважение при мимолётном общении. Напугать могу, да, но не заставить быть честным и делать общее дело. Скелет государства я создал, расставив учеников, но скелет не способен двигаться сам… и жить сам не способен. Жизнь нашей родине дают остальные подданные, те, кто составляют мышцы и мозг империи, её кровь и плоть. Даёте – вы. Теперь тебе понятно, насколько твоя новая должность важна?
Глядя, как его новоявленный генерал выходит из кабинета с просветлённым выражением на лице, монарх покачал головой. Посидел ещё несколько секунд в своём таком удобном кресле, потом, подкинув в руке красный кристалл с записями, пружинисто вскочил на ноги и тоже покинул своё рабочее помещение, правда воспользовавшись другой, тщательно замаскированной дверью. Десятиминутная прогулка по совершенно пустым коридорам – какой же дворец без тайных ходов? – привела первого человека империи в обширный зал, напоминающий одновременно склад и музей. Стеллажи на полу этого помещения располагались группами, соединёнными линиями-маркерами. Пожалуй, если бы кто-то знакомый с информацией о множественной вселенной смог взглянуть на это помещение с потолка, то усмотрел бы явное сходство группировки отсеков хранения и известной карты землеподобных миров в слоях со второго по четвёртый. Миров, между которыми мог быть осуществлён псионический переход. Стеллажи хранилища-музея не отличались особыми размерами, да и предметы, размещённые на полках, тоже не блистали количеством. Папки, свитки, книги, каменные таблички, снизки бусин на шнурках соседствовали с немногочисленными инструментами из стали, железа, камня, кости, дерева и оружием из тех же материалов. Самыми же частыми «экспонатами» здесь были псионические кристаллы небольшого размера – информационные накопители, как следовало из приложенных неопластиковых ярлычков.






