ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда, чтобы обрести искомое, сначала приходится всё потерять. Землянин Михаил, известный теперь как техспек Миш, на самом краю гибели оказался спасён собственной женой. Та, которую он любил больше всего на свете, та, ради которой покинул Землю, та, кого считал погибшей, жива! Правда, почему-то выглядит гораздо моложе своих лет и почти ничего не помнит о годах, проведённых в браке, но разве для любящих сердец это преграда? Нужно только суметь забрать детей из интерната на имперской планете, и тогда семья наконец воссоединится! Тем более провернуть такую операцию для офицера красноволосых из элитного имперского спецназа и техспеку, собаку съевшему на диверсиях, пара пустяков…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теперь, после снятия сетевой блокады, уведомление о закрытии контракта с ВС империи уйдёт на штабные кластеры, пройдёт процессинг и через несколько дней (учитывая низкую срочность, низкий приоритет и скорость работы межсистемной связи) упадёт в виде уведомления непосредственному командиру Наты. Полковник рем Сонг, не увидев отметку военной администрации Сандры, возжелает узнать, какого, собственно, хрена творит её подопечная и какого про… пинала столько времени, и неминуемо узнает о цепочке событий на планете. После чего… После чего что-то будет. Служебное расследование, например. Или красноголовая решит разобраться, не привлекая, так сказать, внешние ресурсы – ещё неизвестно, что хуже. Учитывая прямолинейный характер моей любимой, выкрутиться у неё, скорее всего, не выйдет. А я просто не смогу принять удар на себя. И для штурмовиков, и для имперских военных, и для самой империи я – чужой, даже не гражданин. И это всё резко сужает пространство для манёвра… Сужает, да, но варианты остаются. Надо только узнать, почему, пока я изображал отсутствие себя, моей жене пришлось «переходить к плану „Б”».

– Ввод императорского эдикта над системой Сандрой. – Теперь уже Ната ответила раньше, чем я произнёс первое слово. Правда, слово «эдикт» мне ровным счётом ничего не сказало, и супруге пришлось разъяснить: – Император оповещает граждан и находящихся под протекторатом, что временно берёт выполнение тех обязанностей, с которыми не справились его аристократы, под личный особый контроль и ответственность. Сообщение рассылается сразу всем. – Это… старый закон и старая традиция. На одном из диалектов, от которых пошёл современный имперский, «рем» означает бремя, а «рим» – долг, ответственность. Часть бремени, или ответственности единоличного правителя, – часть власти, которой император наградил достойных. И если аристократ своё достоинство позволил уронить, то, получается, и честь императора в глазах подданных пострадала. Потому особый контроль: не только исправить допущенное, но и понять, в чём дело, не допустить повторения. В первые годы становления империи эдикты вводились часто, но сейчас каждое такое событие – редкое ЧП. За последние сто лет эдикт вводился всего дважды, и каждый раз зону особого контроля запрещали покидать до конца его действия…

– То есть ты поступила единственно верным способом: ушла в гиперпрыжок раньше, чем объявили блокаду, – констатировал я. – Повезло, что администрация орбитальщиков обретается не на сателлитной станции, а на корабле-носителе, болтающемся вне области гравитационной тени планеты.

Что ж, можно считать – всё-таки повезло. Возможно, мне и стоило бы полежать в «заморозке» ради сохранения статуса любимой, но ситуация была слишком непредсказуемой.