ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Центром произведения является личность героя, а главными элементами - события и обстоятельства его существования. Нечасто встретишь столь глубоко и проницательно раскрытые трудности человеческих взаимосвязей, стоящих на повестке дня во все века. Одержимый: Книга первая. Книга первая (Цикл "Одержимый") Часть первая Махнув рукой вознице, я отодвинулся от повозки и вернулся на своё привычное место слева от надвратной арки. Прищурившись, посмотрел на пылающий огненный шар, который уже поднялся на четыре ладони над дальним лесом и начал ощутимо пригревать, разгоняя утренний холодок. А на небе сегодня ни тучки... Людской поток, с шумом и гамом врывающийся сквозь узкую горловину ворот в город, словно испугавшись подступающей дневной жары, истаял как по мановению руки. Хорошо... Считай, самая тяжёлая часть дня позади. Это с утра у восточных ворот мечешься, как заводная игрушка из тех, что мастер Гийом торгует, а потом вполне себе спокойно служба идёт. Приехавшие на городской торг крестьяне и купчишки из мелких, что на рассвете пытались штурмом взять ворота, растеряют всю свою кипучую энергию и назад будут выбираться спокойно, без спешки, без толкотни, криков-визгов и ругательств. Благодать...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мифического, конечно, ведь матерчатые ширмы это не каменные стены. Хотя всё равно выходит уютней, чем в зале - потише, да и на низеньком диванчике так удобно развалиться. Не то, что на стуле.

Мы зашли в пустую кабинку, и Кэйли, задёрнув за собой ширму, толкнула меня на диван. И без всяких церемоний тут же уселась мне на колени. Злодейка.

- Держи, - вытряхнув на ладонь из рукава махонькую коробочку, Кэйли протянула её мне.

- Открой, - попросил я, когда выяснилось что одной рукой коробочку не открыть, а вторая никак не желает убираться с талии Кэйли.

Кивнув, Кэйли немедля поддела ногтями неподатливую крышку и высыпала на ладонь целую уйму махоньких золотистых шариков.

- Восемнадцать штук, - сочла необходимым уточнить количество порций дури мальвийка. - На улице конечно ледок дешевле, но здесь - качественней.

- Парочку можешь взять себе, - предложил я.

- Спасибо! - обрадовалась Кэйли и вмиг упрятала золотистый шарик в потайной кармашек, скрытый в складках рукава. Остальные она ссыпала в коробочку, оставив на ладони лишь один. Далее коробочка с дурью переместилась во внутренний карман моей куртки, а Кэйли, искоса глянув на меня, с улыбкой спросила: - Проверим, не обманули ли меня?

- Давай, - согласился я, а мальвийка как-то хитро прищурилась, будто что-то задумала и, отведя взгляд, принялась потрошить золотистый шарик, сдирая с его содержимого фольгу. Быстро справилась с этим несложным делом и вскоре на её ладони лежала крохотная горка поблёскивающих в свете ламп кристалликов, похожих на подтаявший снег. Облизнувшись, словно предвкушая грядущее удовольствие, Кэйли вновь покосилась на меня и широко улыбнувшись, сделала нечто неожиданное. Не слизнула с ладони часть ледка, а приложилась к нему губами. Раза три. Пока все льдистые кристаллы не прилипли к её влажно поблёскивающим губам. А затем Кэйли повернула голову ко мне и с провоцирующей улыбкой на устах шепнула: - Кэр, а поцеловать девушку слабо?

- Да ни разу не слабо, - ответил я.

О чём мне переживать-то? О том, что не выдержу испытания последней выдумкой золотой молодёжи - поцелуйчиком суккуба и наброшусь на Кэйли прямо здесь? Так она небось знает о такой возможности и раз делает такое предложение то её никакие последствия не беспокоят. А мне и подавно беспокоиться не о чем. Главное если что ширму не сорвать - а то потом весь вечер стыдно будет.

Кэйли, дрянная девчонка, добившись моего согласия, решила прокачать ситуацию по-полной. Целоваться начала как юная леди на первом свидании - только лёгкие касания губ и никаких там облизывании. Раззадоривала.

Ледок постепенно таял, по чуть-чуть впитываясь во влажные губы. Поцелуи выходили всё более страстными и чувственными. Каждое касание губ несло всё большее удовольствие.