ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что может быть лучше, чем жизнь вдали от столичных тревог и боярских интриг? Но и здесь, в захолустном приграничном воеводстве, о мирной жизни говорить не приходится. Созданный Кириллом наемный отряд требует внимания как бы не больше, чем ученицы. Да и не всем соседям пришелся по нраву возникший словно из ниоткуда конкурент, с грацией медведя-шатуна вломившийся на давно устоявшийся и поделенный рынок. Народ в здешних местах резкий, к компромиссам не склонный, доброе слово за слабость почитает, а монету в чужом кармане за личное оскорбление. О каком спокойствии в таких условиях речь вести? Да тут еще и выторгованный у цесаревича год свободы истекает, а значит, вновь придется опричному боярину Кириллу Николаеву-Скуратову окунуться в столичную круговерть с ее боярскими склоками да родовой враждой. А ведь какие планы были, какие замыслы… Ну да, может, и удастся еще повернуть дело к своей пользе, а?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И тем не менее во время «уборки» мы не встретили ни единого намека на присутствие мародеров… повезло, иначе не скажешь.

Как результат, на Апецку мы вернулись утром, бодрые и вполне работоспособные, а не после полудня, уставшие и задолбанные, как я предполагал изначально. Если бы еще не споры, вспыхивавшие всю дорогу до Апецки между ученицами… Хорошо Георгию, закрылся в рубке, и никто к нему не лезет. Да и Вячеслав неплохо устроился. Подкатился под бочок к Елизавете и спит, в ус не дует. Как только умудрился, в тактике-то? А мне завидно. Девицы задергали: «Кирилл, скажи ей…», «Учитель, ну ты же понимаешь, объясни этой…» Брр. Достали. Ну ничего, лететь до базы осталось совсем чуть-чуть, а там раздам задания всем причастным и несчастным, а сам сбегу… сначала в столовую, а после в кабинет. И пусть попробуют выколупать меня оттуда!

Мечты, мечты… Стоило только шлюпу приземлиться и раскрыть пасть аппарели, как на посадочной площадке, словно из ниоткуда, возникли еще две ученицы, самые младшие. И тоже с требованием рассудить и объяснить. Я говорил о везении? Соврал. С другой стороны, а кого винить? Мои ученицы – моя ответственность. Эх! Пришлось развеять только что зажженную, первую за день сигарету и вникать.

Рассудить спор Инги с Анной мне удалось еще на пути к стенду моего «Визеля», но, едва разобравшись в данных им объяснениях, девчонки просто утопили меня в сотне тут же возникших вопросов, на которые, естественно, я обязан был ответить сразу и полностью… Дверь тамбура перед стендом я разглядывал как спасение. Уж туда-то они за мной не полезут.

Не полезли, да. Зато, дождавшись, пока я переоденусь и покину капсулу, моментально оказались рядом и, подхватив под руки, повели в свой модуль, поближе к рабочим записям и наглядным пособиям. Хорошо, что по пути нам встретились близняшки Громовы. Они-то и перенаправили младших в столовую, напомнив, что их любимый учитель сегодня еще не завтракал. Черт побери, приятно, когда о тебе беспокоятся.

Почему сам не перенес беседу с Ингой и Анной на потом? Передумал. Переносил ведь уже, и не раз. Причем настолько «не раз», что перед девчонками и самим собой стыдно. Взялся учить, а времени не то что на лекции, даже на обычные тренировки порой не хватает. Заказы, бухгалтерия, снабжение, пополнение… Одно радует, после открытия московского ателье СЭМов[11] нагрузка должна уменьшиться, и я наконец смогу вплотную заняться подготовкой учениц… и учеников.

Да, пора уже вытаскивать младшего Бестужева и Хромова на нашу базу, пусть разбавят здешнее бабье царство. Тем более что срок моих игр в прятки с его высочеством Михаилом подходит к концу, а значит, присутствие на Апецке протеже цесаревича уже никому и ничем не помешает. Но лишь после открытия ателье.