ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие первой части основной трилогии «Основание» разворачивается в далеком будущем, когда заселены планеты миллионов звездных систем Галактики. Математик и психоисторик Хари Сэлдон предсказывает крах и возрождение через много лет несокрушимой Галактической Империи. Чтобы смягчить последствия катастрофы, он разрабатывает проект создания Основания, которое должно стать центром зарождения новой Империи... Часть первая. Психоисторики Хари Сэлдон — …родился в 11968 г. Галактической эры, скончался в 12069 г. Обычно эти даты даются в текущем исчислении эры Основания: 79-й год будущей эры (б. э.). Родился на Геликоне, зона Арктура, где его отец, если верить сомнительной легенде, занимался выращиванием табака на гидропонных плантациях планеты, и с малых лет проявил незаурядные способности к математике. Многочисленные рассказы о том, как проявлялись эти способности, анекдотичны и часто противоречат друг другу. Говорят, что в возрасте двух лет… …Несомненно, что самый большой вклад был сделан им в области науки, называемой психоисторией. Сэлдон рассчитал поле, как ряд непонятных аксиом. Этим он значительно углубил и дал полную картину статистике, как науке…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Глаза обманывались этим зрелищем, хотя пальцы подтверждали, что поверхность гладкая и твердая.

Сэлдон взял сигарету, Гаал отказался.

— Здесь нет моего защитника, — заметил Сэлдон.

— Здесь больше не судебное разбирательство, доктор Сэлдон, — ответил судья. — Мы собрались сюда для обсуждения безопасности государства.

Неожиданно в разговор вмешался Линг Чен:

— Говорить буду я. — И остальные судьи откинулись на спинки своих кресел, приготовившись слушать. Вокруг Чена образовалась полная тишина, в которую он мог с достоинством ронять свои слова.

Гаал задержал дыхание. Чен, стройный и крепко сложенный, выглядевший старее своего возраста, был настоящим императором всей Галактики. Ребенок, который сейчас носил этот титул, был просто-напросто созданием Чена, причем отнюдь не первым.

— Доктор Сэлдон, — вы нарушаете спокойствие во владениях императора, — сказал Чен. — Ни один из квадриллиона людей, живущих сейчас во всей Галактики, не будут жить и уже через сто лет. Зачем же тогда нам затруднять их мыслями о том, что произойдет через пять далеких столетий?

— Лично я не проживу и пяти лет, — сказал Сэлдон. — Но тем не менее для меня нет ничего важнее. Назовите это самовыражением той мистической личности, которая зовется «человек».

— Я не собираюсь засорять свой мозг никаким мистицизмом. Можете ли вы мне объяснить, почему бы мне не освободиться и от вас, и от вашего пятисотлетнего будущего, которого я никогда не увижу, просто посредством вашей жизни?

— Всего лишь неделю назад, — спокойно ответил Сэлдон, — вы могли бы казнить меня и, возможно, вероятность того, что вы останетесь в живых до конца этого года, равнялась бы одой к десяти. Но на сегодняшний день эта вероятность едва ли больше, чем одна к десяти тысячам. Как один судьи выдохнули и заскрипели креслами. Гаал почувствовал, как у него на голове волосы встают дыбом. Чен слегка приспустил верхние веки.

— Как так? — спросил он.

— Падение Трантора, — ответил Сэлдон, — не может быть остановлено никакими насильственными методами. Однако, его легко можно приблизить. Легенды о моем прерванном судебном заседании распространятся по всей Галактике. Цель моих планов смягчить катастрофу, убедить людей в том, что будущее не содержит для них никаких перспектив. И так уже о том, как жили их деды, вспоминают с завистью. Начнут происходить политические революции, торговля будет падать. Каждый житель Галактики придет к единственному для него выводу: надо хватать все, что только возможно и пока есть время. Властолюбцы не будут ждать, а негодяев некому будет удерживать. Каждым своим действием они только будут приближать планеты к неизбежной катастрофе. Убейте меня, и Трантор падет не в течении пятисот лет, а в течении пятидесяти, а вы сами — в течении одного года.