ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После казни ученика мага Мальгуса его душа переносится в другой мир в тело подростка Ярослава, слабое, неразвитое, неприспособленное для серьезной магии. Но Мальгус решает все изменить, ведь в его планах не только возвращение магии в полном объеме, но и возвращение в свой мир и месть императору. Снова осознавать себя было… странно. Чувства включались не сразу, а с небольшим разгоном. Темнота потихоньку рассеивалась, шум в ушах оформлялся во вполне внятную речь. – Бля, Серый, мы тебе за что бабки дали? – Я маг, а не волшебник, – огрызнулся Серый. – Что мог, то сделал. Сам виноват, что пацана по голове треснул. Голову я ему залечил. Где я? И что происходит? Я лежал неподвижно, вслушиваясь и пытаясь привести в порядок мысли. Есть что приводить – уже хорошо. Есть где – отлично. – Так че он в себя не приходит? – Слишком сильно треснул, а позвали вы меня поздно. – Сразу позвали, зуб даю. – Тот, который тебе выбили на прошлой неделе? – Нарываешься, Серый. Угроза в голосе была нешуточной, поэтому маг сразу посерьезнел: – Позвали бы сразу, я бы вытащил. Улетела душа, фьють.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если Айлинг сказал, что дело с Дамианом не терпит отлагательств, решать его нужно было как можно быстрее. Поэтому я откинулся на спинку дивана, которая оказалась не в пример уютнее той, что у стула в кабинете, и поплыл, вызывая Дамиана. Ответил он сразу, словно только и ждал.

– Мальгус, ты что творишь, сволочь! – заорал он.

В этот раз он не озаботился внешним видом и выглядел наверняка так же, как в реальной жизни: осунувшийся с недосыпа, жирноватый тип в грязной одежде. И это император, которым должны восхищаться миллионы? Который всегда должен выглядеть образцово и находить правильные слова для собеседника?

– Разве так разговаривают с тем, с кем хотят договориться?

– Разве так ведут себя те, кто хочет договариваться? Ты уничтожаешь мою экономику.

– Ты уничтожил меня, – напомнил я. – Думаешь, мне есть дело до твоей экономики? Ты решил, чем мне заплатишь?

– Мальгус, ты требуешь невозможного. Императорские заклинания на то и императорские, чтобы быть достоянием только нашей семьи, – с нарочитой усталостью сказал он. – Я не могу тебя ничего оттуда дать. Это было бы против чести семьи.

– От чести твоей семьи ничего не осталось, после того как ты убил своего отца и обвинил в этом своего друга. То есть я думал, что ты считаешь меня другом. Оказалось – всего лишь удобным инструментом.

Дамиан чуть пришел в себя и понял, что выглядит непотребно. Его фигура подтянулась, и одежда опять засияла белизной. Но сквозь наведенный облик я продолжал видеть его настоящим.

– У императоров не бывает друзей, – отрезал он. – За все нужно платить. За власть платят одиночеством.

– А за предательство платят заклинаниями из императорской книги. И если ты пока не готов к такой плате, то я подожду.

Я сделал вид, что собираюсь разорвать разговор, и Дамиан метнулся ко мне с криком:

– Стой! Давай обсудим.

– Только недолго. У меня остались незаконченные дела.

В реальной жизни рядом со мной кто-то ходил, но опасности я не чувствовал и ко мне пока никто не обращался, так что необходимости срочно прерывать разговор не было.

– Как ты понимаешь, я не могу позволить, чтобы заклинания Последнего Шанса попали в чужие руки, тем более твои, – начал Дамиан.

– Я соглашусь не на столь убойное, если оно будет интересным.

– Зелье «Легкая смерть», – предложил Дамиан.

Наверное, посчитал, что это достаточно вкусно и для него безопасно: это зелье дает легкую безболезненную смерть, полную удовольствия, но только тем, кто добровольно его принимает.

– Ты считаешь это достаточной платой? – рассмеялся я. – Или это намек на то, чтобы я сдох сам? Мой ответ – нет. Оно даже не уникальное. Я могу зачесть как часть платы, но как всю – нет. Твоя экономика стоит больше.

– Гад, – заскрежетал зубами Дамиан. – Ты выкручиваешь мне руки.