— Какой вирус? Я должен гадать, что ты имеешь в виду⁈
— Да, извиняюсь, Зиновий Павлович…
— Что ты там блеешь? Ничего не слышно.
— Говорю — да, вирус Гаусса. Точнее — тот самый штамм. Датчики подтвердили, — Ковригин подошёл к одному из спецов, бросив ему: — Отправь в центр все данные. Срочно.
Тот коротко кивнул, спешно отправился к одному из автомобилей. В стороне одевались в защитные костюмы двое спецов, уже подъехала полиция, которую он вызвал, и подруливала скорая.
А у входа в их сторону посматривал здоровенный охранник и с кем-то разговаривал по смартфону.
Гильдия лекарей довольно плотно контролировала работу частных клиник. В итоге добилась на законодательном уровне того, что в каждом медучреждении устанавливался блок, который мониторил обстановку круглые сутки. И «Возрождение» было не исключением из правил.
Когда сработали датчики, в кабинет Ковригина ворвались два его подчинённых. Поначалу Пётр Романович не поверил такому счастью, но затем сверился с данными и поднял всех на уши.
— Ты чего молчишь⁈ — ударил в уши грубый голос Аргамакова. — Пётр! Говори, что предпринял! Ты понимаешь, какая это удача⁈ Мы можем закрыть клинику сразу же, как только зафиксируем вирус регистраторами. Для этого надо зайти в помещение и снять показания. Ты же понимаешь, да? Угроза безопасности Империи… рассадник инфекции… профнепригодность персонала «Возрождения»… Да император с радостью даст добро на то, чтобы похоронить эту клинику! И карьере этого выскочки конец!






