ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Встреча с приятным предположением оказывается шоком. Сообщение от мужа о приезде давнего знакомого дает мощный жанр удар. Я стою над запиской в клинике, где мой день рождения должен был быть, вместо встречи с давно не виденным другом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда рядом не оказывается мужчин, она выключает мурлыкающие зовущие интонации и разговаривает голосом недовольного кондуктора.

— Я не видела тебя здесь раньше, — замечает она и начинает копаться в своей сумочке, ища что-то. — Тебя как звать?

— Анжелика.

Это нервы. Я выбираю самое нелепое имя для этой ситуации.

— А по паспорту? — усмехается куколка. — Впрочем, не хочешь, не называй. Мне плевать.

— Я из другого города, мое имя тебе все равно ничего не скажет.

— Прилетела с этим красавчиком значит? — она кивает на широкую спину Марка. — Богатенький. И горячий. Я бы поменялась, не задумываясь.

Она смеется. Но через секунду с холодом смотрит на подошедшую официантку.

— Бутылку просекко и быстро. Ты же не против? — последнюю фразу она кидает мне.

Я качаю головой и снова смотрю на Марка с Эльманом. У них явно завязывается разговор.

— Расслабься, они долго могут болтать, — сообщает куколка. — Мужики хуже баб, только дай посплетничать.

— Сплетничают о Кирсанове? Ты в курсе, что с ним случилось?

Я выдерживаю ее внимательный взгляд, в котором загораются озорные огоньки. Она вот точно сплетница. Это сразу становится ясно.

— А ты знаешь Игоря? — спрашивает она.

— Конечно. Я уже давно с Марком, а они близко общаются.

— Ну, я тоже с адвокатом не первый день.

— Значит слышала, что случилось с Игорем?

— Да, девочки рассказывали. Жесть, конечно… Вот так на пустом месте и чуть не умер. А я, дура, летать боюсь! На дорогах, вот где страшно!

— Ему повезло, что живой остался.

— Твоему Марку повезло, на нем вообще как будто ни царапины.

Поразительная осведомленность. Она даже в курсе, что Марк был в машине с Игорем.

Нам приносят алкоголь. Я дожидаюсь, когда его разольют по бокалам, и делаю небольшой глоток. Девушка же Эльмана не экономит, после чего она откидывает на мягкую спинку дивана и продолжает без моей помощи.

— Вообще его не нужно жалеть. Кирсанов больной ублюдок. Сексоголик, — она хитро улыбается, словно припоминает что-то из личного опыта. — Он же еще женат. И, как я поняла, любит свою жену.

Я пожимаю плечами. Мол, мне откуда знать.

— Извращенно, но любит. Я как-то отдыхала в его компании, он перебрал и всякое говорил о ней. Знаешь, весь этот бред, когда неважно что несет, но по голосу слышно, что она ему прямо в душу залезла. У мужиков это всегда слышно.

Меня спасает полумрак. Я не знаю, как реагировать, и не могу сохранить невозмутимость. Воздух вокруг становится ледяным, но превращается в пламя, стоит сделать хоть глоток.

— Я даже позавидовала немного. Вот бы по мне так мужик убивался. Тем более богатый, я бы из него все соки выжала.

— А он щедрый? — я с трудом выдавливаю из себя вопрос, чтобы выбраться из-под нахлынувших эмоций. — Много платит?

— А что, нужен новый клиент? — она смеется.