— Ох, Ромчик, что-то ты там сильно накуролесил, — уставшим голосом начал бывший начальник. Всё больше и больше я осознавал, что под крыло местного авторитета я не вернусь. Наверно — это и хорошо, очередная арка моей жизни закрылась оставив после себя странное послевкусие и не всегда приятные воспоминания.
— Да? А вроде всё, как обычно, десяток тел только тяжело таскать было, но я сильный, сами знаете, — позволил я себе поиздеваться над человеком.
— Поражаюсь твоему хладнокровию, Роман. Десяток мужиков убил, прям душегуб, чесслово, и ни в одном глазу, да?
— Ну так Ваша ж школа, Борис Иванович, сами научили.
— И родных выслал подальше уже, молодец, правильно сделал. А что дальше делать собираешься? К Надежину полезешь?
— Зачем? Посмотрю, как Вы с ним попытаетесь договориться меня поймать, а потом, когда у Вас это не получится, буду наблюдать как Вы друг друга убиваете. Ведь план нехитрый, свалить на меня все свои проблемы, но и Вы должны были понять, что Надежин от Вас не отстанет. Просто не поверит, что девять бывших военных, могли погибнуть от рук такого неопытного юнца, как я. У него обязательно возникнут вопросы, причём именно к Вам.
Минута молчания казалось длилась вечность, карты-то раскрыты, просто игроки не видят друг друга, иначе уже вцепились бы в глотку сопернику.
— Умно. Я-то вчера подумал, что в одиночку захочешь разобраться со своими проблемами, а ты решил нас в это впутать. Неужели не понимаешь, к чему это может привести?
— Борис Иванович, Вы меня обижаете, я всё время только об этом и думаю, но с другой стороны, а какие у меня варианты? Подложите уже бомбу к нему под днище на автосервисе, наймите снайпера и застрелите с высотки или камикадзе-наркомана, который подойдёт близко и швырнёт связку гранат. У Вас как будто нет опыта в этом деле.
— Ай, да молодец-то какой! Чужими руками… Как же я жду дня, когда тебя поймают.
— Ваша школа, Борис Иванович, — «И грамотное повышение Интеллекта», — подумал уже про себя. — Ну так, что? Вам нужен стимул?
— Что?
— Помните десяток тел, пропавших с дачи? Это я для посылки Надежину их припас, с парочкой записок они могут натворить действительно серьёзных дел. Но я добрый, дам Вам недельку для разборок, а потом исчезну и больше мы никогда не увидимся.
— Слышишь, молокосос⁉ — взорвался мой бывший начальник.
— Позвоню через неделю, — зло произнёс я и бросил трубку.
Какие нервные, но это ничего, попляшут эти твари у чертей на сковородке. Так-то я не пропустил фразу, что моих родных они уже проверили, мрази! Да они бы только дай им волю и меня и родных моих уже на блюдечке Надеждину принесли бы, чтобы разрешить эту проблему с наименьшими потерями для себя. А ещё говорили — мы своих не бросаем.






