С помощью него я санировал брюшную полость, убрал все скопления жидкости и крови, затем принялся удалять инфекцию, которая успела попасть в кровь. Расплёл сеть «Нейтрализатора».
Капли пота скопились на моём лбу, и я почувствовал, как Настя аккуратно убрала их впитывающей салфеткой.
Казалось, что можно праздновать победу… но я заметил то, отчего поймал лёгкий ступор.
Артериальное давление начало «ползти» вниз. Пульс стал аритмичным, частым. Я наблюдал… тахикардию. Что происходит⁈
Резко и неумолимо падает сатурация. Этот показатель говорит о проценте гемоглобина в артериальной крови, который связан с молекулами кислорода. Иными словами, он отражает степень насыщения организма кислородом и помогает оценить, насколько эффективно тот поступает в ткани.
Больших сил мне стоило, контролируя процесс нейтрализации инфекции, дополнительно обратить внимание на сердце. У Долгопрудного появились желудочковые экстрасистолы — преждевременные сокращения миокарда желудочков.
Мать моя женщина! Так у него же инфаркт!
Я влил чуть больше энергии в «Нейтрализатор», ускорил процесс чистки, и, завершив её за пару секунд, переключился полностью на сердце.
Диагностический щуп дал понять, что я столкнулся с острым трансмуральным инфарктом миокарда задней стенки левого желудочка, то есть с тяжёлой формой некроза сердечной мышцы, при которой патологические изменения распространяются на всю толщу миокарда, от внешней оболочки (эпикарда) до внутренней (эндокарда).
И почему так произошло, я тоже понимал. Точнее мне подсказала это интерактивная книга, которая развернулась в моём сознании.
У Долгопрудного была абдоминальная (гастралгическая) форма инфаркта. Она встречается редко, и чаще всего маскируется под острую хирургическую патологию: аппендицит, панкреатит, язву. Боль при таком инфаркте локализуется в эпигастрии, может переходить в правую половину живота, сопровождается тошнотой, рвотой, напряжением мышц брюшной стенки.
В основном сказался стресс от воспаления аппендицита. Воспаление, боль, интоксикация, наркоз — всё это создало колоссальную нагрузку на сердце, которое и так было «на грани» из-за атеросклероза коронарных артерий.
Получился замкнутый круг: инфаркт усилил ишемию кишечника, кишечник дал симптомы перитонита, стресс и анестетик усугубили инфаркт.
Что делать в этом случае, я понимал. «Феникс» ещё не активен, поэтому я приготовил «Регенеративные лучи» и немедленно приступил к непростой операции.
По сути, во время инфаркта погибший участок миокарда замещается рубцовой тканью, которая не способна сокращаться, и обычно врачи стараются спасти ещё не омертвевшие клетки сердца.






