ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Жизнь обычного интерна меня вполне устраивала, пока её не перевернуло одно происшествие. Теперь я оказался в другом мире, где лекари — это сильнейшие маги, владеющие искусством исцеления. А я всего лишь никудышный врач со слабым даром, вынужденный лечить преступников в подземельях. Но сдаваться я не намерен. Тем более что рядом со мной есть напарник, вместе с которым мы способны на многое. Эволюция целителя 8 Сергей Харченко, Сергей Карелин Жизнь обычного интерна меня вполне устраивала, пока её не перевернуло одно происшествие. Теперь я оказался в другом мире, где лекари — это сильнейшие маги, владеющие искусством исцеления. А я всего лишь никудышный врач со слабым даром, вынужденный лечить преступников в подземельях. Но сдаваться я не намерен. Тем более что рядом со мной есть напарник, вместе с которым мы способны на многое. ==================== Глава 1 Глава 1 — Убить… — продолжал мямлить зомбированный Матвей, нажимая на спусковой крючок, но ни щелчка, ни выстрела не последовало. Карыч успел. Он вовремя материализовался, подставляя в зазор между спусковым крючком и скобой сложенное крыло. Времени на обдумывание тактики не было. Я ударил Матвея в челюсть, затем ещё раз, но ему хоть бы хны. Он застыл как вкопанный и продолжал бормотать под нос, что должен меня убить. Елизавета умирает на полу, а Матвей левой рукой отбросил Карыча в сторону и вновь направил на меня пистолет, отходя на дистанцию. Он сейчас выстрелит. Я отправил ментальный приказ пернатому, и тот сразу же выпуст

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С помощью него я санировал брюшную полость, убрал все скопления жидкости и крови, затем принялся удалять инфекцию, которая успела попасть в кровь. Расплёл сеть «Нейтрализатора».

Капли пота скопились на моём лбу, и я почувствовал, как Настя аккуратно убрала их впитывающей салфеткой.

Казалось, что можно праздновать победу… но я заметил то, отчего поймал лёгкий ступор.

Артериальное давление начало «ползти» вниз. Пульс стал аритмичным, частым. Я наблюдал… тахикардию. Что происходит⁈

Резко и неумолимо падает сатурация. Этот показатель говорит о проценте гемоглобина в артериальной крови, который связан с молекулами кислорода. Иными словами, он отражает степень насыщения организма кислородом и помогает оценить, насколько эффективно тот поступает в ткани.

Больших сил мне стоило, контролируя процесс нейтрализации инфекции, дополнительно обратить внимание на сердце. У Долгопрудного появились желудочковые экстрасистолы — преждевременные сокращения миокарда желудочков.

Мать моя женщина! Так у него же инфаркт!

Я влил чуть больше энергии в «Нейтрализатор», ускорил процесс чистки, и, завершив её за пару секунд, переключился полностью на сердце.

Диагностический щуп дал понять, что я столкнулся с острым трансмуральным инфарктом миокарда задней стенки левого желудочка, то есть с тяжёлой формой некроза сердечной мышцы, при которой патологические изменения распространяются на всю толщу миокарда, от внешней оболочки (эпикарда) до внутренней (эндокарда).

И почему так произошло, я тоже понимал. Точнее мне подсказала это интерактивная книга, которая развернулась в моём сознании.

У Долгопрудного была абдоминальная (гастралгическая) форма инфаркта. Она встречается редко, и чаще всего маскируется под острую хирургическую патологию: аппендицит, панкреатит, язву. Боль при таком инфаркте локализуется в эпигастрии, может переходить в правую половину живота, сопровождается тошнотой, рвотой, напряжением мышц брюшной стенки.

В основном сказался стресс от воспаления аппендицита. Воспаление, боль, интоксикация, наркоз — всё это создало колоссальную нагрузку на сердце, которое и так было «на грани» из-за атеросклероза коронарных артерий.

Получился замкнутый круг: инфаркт усилил ишемию кишечника, кишечник дал симптомы перитонита, стресс и анестетик усугубили инфаркт.

Что делать в этом случае, я понимал. «Феникс» ещё не активен, поэтому я приготовил «Регенеративные лучи» и немедленно приступил к непростой операции.

По сути, во время инфаркта погибший участок миокарда замещается рубцовой тканью, которая не способна сокращаться, и обычно врачи стараются спасти ещё не омертвевшие клетки сердца.