Но решил, что положение не настолько безнадежное и время для столь радикальных мер не пришло. Вариант бегства я вообще не рассматривал, хоть такая возможность у нас и была. Но остаться в стороне и спасти свою шкуру, когда вокруг гибнут тысячи людей. Бросить на растерзание чудовищам детей. Нет, я на такое не готов. Да и люди бы меня не поняли. Не чего не поделаешь такой у нас, у русских менталитет. Зачастую нам проще сунуть голову в пекло, чем стоять в стороне и смотреть.
Наше появление стало сюрпризом, если судить по рванувшим в рассыпную кораблям охранения флагмана. Инсекты растерялись и мы смогли дать залп. Торпеды хищными рыбами рванули к своей цели. Залп практически в упор не оставил системам ПКО матки даже шанса перехватить смертоносные подарки. И нам осталось лишь унести ноги.
Татьяна бросила корабль влево и вниз, врубив форсаж на максимум, безжалостно сжигая маршевые двигатели запредельными нагрузками. Прямолинейное движение не лучший вариант в космическом бою. Несмотря на все нарастающее ускорение, рассчитать упреждение противнику не составляло труда. И на шиты Варяга обрушилось море огня. Архи очухались и спешили отомстить за собственную слабость.
— Щиты 70, 60, 40% — метрономом забубнил Гюнтер.
Почувствовав неуверенность Татьяны, я гаркнул на девушку:
— Держать курс, не снижать скорость!!! Всю энергию на щиты, ответный огонь не открывать!!!
— Щиты 30%, пробитие по левому борту. Целостность броневого покрытия 75%. Перегрев реактора 10%. — продолжал перечислять полученные повреждения инженер — третий маршевый двигатель мощность 40%, повреждение охладителей.
И тут, наконец, случилось то, чего я ждал. Черноту космоса осветила мощная вспышка, словно за кормой возникло небольшое солнце. А спустя пару секунд пришла ударная волна мощным пинком швырнувшая нас вперед. От навалившейся перегрузки я на несколько секунд потерял сознание.
Придя в себя, осмотрелся. Красное аварийное освещение, замершие в ложементах тела людей. Приборы молчали. Похоже, не рассчитали мы своих сил и кораблю сильно досталось. Ну, хоть живые остались. Тактическая сеть работала, иконки членов экипажа моргали желтым цветом. Искин корабля не отзывался. Похоже, придется перезагружать его вручную.
Первым зашевелился Иван. Он потряс головой и выбрался из своего ложемента.
— Жив командир? — спросил он, заметив, как я спускаюсь с капитанского мостика — хорошо же нас потрепало.
— Главное что живые остались — согласился я — проверь людей, а проверю искин и попробую перезагрузить систему.
Пара команд и два технических серва вынырнув из незаметных ниш, устремились к шахте главного искина. Главный искин не отвечает и работать они теперь могут только под контролем, собственных мозгов у них нет.






