И знаешь, что я тебе скажу? Вот мне почему-то кажется, у Ганнибала серьезные проблемы, хоть он и не догадывается обо всей глубине задницы, в которую угадил.
Закончив свой монолог, Старик припал к кружке с пивом, словно страждущий в пустыне. Я же допил свою и заказал следующею. Не смотря на количество выпитого опьянение не приходило и настроение не подымалось, груз навалившихся проблем не отпускал. Тут еще этот старый хрыч пытается свалить свои проблемы на меня.
— Мне льстит твоя оценка, но тут ты не прав — мой монолог прервала официантка, доставившая мой заказ.
Забрав свою кружку, я продолжил:
— Ганнибал проблема тут я согласен, но мне не до него. Ласточка требует ремонта. На моих счетах ветер гуляет. Трофеи я продать не могу. Местные торгаши предлагают такие цены, что проще удавиться, все равно от продажи моего барахла не на что кроме веревки денег не хватит.
— Ну это не проблема. Я всегда рад помочь старому другу. Завтра с тобой свяжется мой человек и глянет на твой товар. Если товар стоящий заберет все оптом и по нормальной цене — он допил свое пиво и поднялся — ладно бывай Меченный. Пора мне засиделся я с тобой. Как решишь свои проблемы набери меня, обсудим общие.
Старик ушел. Я посидел еще минут десять и тоже отправился в ангар. Настроение предаваться возлияниям пропало.
Выйдя из бара не стал вызывать такси, решил прогуляться и проветрится. Заведение располагалось в коротком тупичке и преодолев буквально десять метров я оказался в центральном транспортном коридоре. Судя по карте до ангара тысяча шестьсот сорок два метра. Станция огромная по сравнению с земными вариантами. Бар наверное по внутреннему объему будет больше МКС. На станции поддерживался режим смены дня и ночи. Он выражался в изменении освещенности внутреннего пространства. Это создавало комфортные условия для жителей и несло существенную экономию энергии. Сейчас уже день и коридор, по которому я двигался, был ярко освещен.
Идти приходилось вдоль стены. Центральную часть коридора заполнял поток стремительно движущегося транспорта. Гравиплатформы как пасажирские, так и грузовые, капли личных флайкаров неслись в два яруса. Каждый ярус в своем направлении. Местный транспорт был почти бесшумным и издавал лишь легкое гудение, но сейчас этот звук сливался и казалось, что меня окружает огромный рой пчел. Этот гул вызывал довольно неприятные ощущения. Теперь я понял, почему в центральных коридорах транспортной сети станции почти не встретишь пешехода.
Спасаясь от неприятного гула, я нырнул в небольшой боковой туннель. Народу вокруг сразу прибавилось. Разумные спешили по своим делам не обращая внимания на окружающих. Я шел не спеша глазея по сторонам словно турист. Обилие голографической рекламы резола глаз.






