Взгляд остановился на неподвижном теле, распластавшемся возле алтаря в луже засохшей крови.
— Это Доктор! — воскликнул Хан и подбежал к трупу.
Услышав крик, Полковник и Кузнец заскочили внутрь. Я приподнял безжизненную голову, осматривая рану. Аккуратное входное отверстие в виске, а с противоположной стороны рваная дыра.
— Трупное окоченение почти прошло, значит, время смерти более двух суток, — я внимательно осмотрел тело и окружающую обстановку и сказал. — Следы крови размазаны вокруг трупа, а руки у него чистые, смерть была мгновенной — кто-то контактировал с телом после смерти и, судя по мазкам на лице, брал его за голову и обнимал.
Я поднял с пола небольшую продолговатую гильзу из латуни и, повертев ее в руках, понюхал дульце:
— Из нагана стреляли… Хороший револьвер… А стрелок не боялся ничего — стреляные гильзы у нагана вручную извлекаются по одной. Значит, не торопился никуда и был не один. Ваших, скорее всего, в плен взяли, а одного убили… Для устрашения.
— Апостолы? — процедил Полковник
— Больше не кому, — пожал я плечами.
— Уничтожу тварей! — зашипел Хан.
Кузнец стоял чуть в сторонке и вздыхал. Здоровяк выглядел растерянным и подавленным.
— Убить шакала — дело нехитрое, — я задумчиво потер поросший недельной щетиной подбородок, — Только попробуй, найди сначала… Из города есть три дороги: одна на юг через степь в лес — мы по ней приехали; вторая на восток в горы — там дальше нет ничего кроме зарослей; третья на запад по шоссе — тянется до областного центра километров шестьсот. Проходит вблизи деревенек и сёл. Думаю, Апостолы по ней ушли.
— Согласен, — кивнул Полковник, — Город они подчистили и взяли пленных, сейчас возвращаются с добычей домой. На запад за ними двинем, поищем их логово.
Наскоро перекусив консервами, мы спешно погрузились в микроавтобус. Машина недовольно фыркала и нехотя набирала скорость, оставляя позади редеющие строения Темногорска.
Пустынная лента асфальта шуршала под колесами, обдавая летним теплом. Еще не выжженная солнцем степь играла красками полевых цветов, сливаясь вдали с зеркалом небосвода. Запах травы и нагретого асфальта проникал в открытые окна. Высоко над землей, поймав ручьи восходящего воздуха, неподвижно стояли орлы. Распластав огромные крылья, они с любопытством уставились на сиротливо бегущий автомобиль, прорезающий степную гладь.
Часа через три пути показался мост, загроможденный брошенными автомобилями. Перекинувшись через небольшую речушку, он сгорбился под тяжестью раскиданных запыленных авто. Микроавтобус осторожно продирался сквозь пробку, маневрируя и царапая бока, пока не уперся в рефрижератор-большегруз, напрочь перегородивший проезд.
— Приехали! — с досадой плюнул Хан в открытое окно.
Я вылез и осмотрелся.






