Изабелла закупила много различных сувениров, одежды, бытовых предметов и кучу всего, что в теории эти люди могли бы приобрести в городе, будь у них деньги и возможность. Все эти подарки я планировал раздать за призовые места, правда, дабы не плодить злобу и зависть, пришлось пойти на хитрость.
Все покупки были разделены на категории, в которые входили относительно равнозначные предметы. Моя задумка была в том, чтобы победившие в том или ином состязании люди могли выбрать приз первыми. Ну а кто проиграли, последними. Так каждый участник обзавёлся бы схожими вещами, проигравший не чувствовал бы себя ущербным, а у победителя была возможность, например, выбрать цвет кофты и материал, из которого та была сделана.
И мне нужно было привлечь как можно больше людей к участию в играх, дабы уровнять шансы семей на лучший приз. Поэтому мы с Изабеллой придумали вдобавок к конкурсам, где нужно было проявить силу или ловкость, ещё и те, где требовалось задействовать интеллект и логику. Детские конкурсы проходили отдельно, в них призами выступали игрушки и сладости.
Подготовка заняла достаточно много времени, но оно того стоило. Уже тогда я определился, какой общественный курс возьму за основу. Самым рациональным мне показался Корейский вариант. Речь, конечно же, шла про Южную Корею и никак не про Северную.
Основный принцип, который мне приглянулся, — конкуренция. У корейцев, насколько мне было известно, даже в школе начинались жёсткие тёрки. И жестокая конкуренция позволяла выявить выдающиеся умы, что мне в конечном счёте и было нужно.
Правда, я не собирался совсем уж жестить, дабы мои подданные не начали прыгать с мостов. Именно поэтому в моих играх никто не уходил без подарка. Да и люди не столько сражались за призы, сколько за признание. Осознавать, что ты самый сильный, быстрый, ловкий или умный — получше любой золотой медали.
Всё это мероприятие растянулось на пять дней, с учётом подготовки. Люди настолько преисполнились, что попросили проводить состязания как можно чаще, пусть даже без призов. Я же пообещал им, что мы будем устраивать игры каждый месяц, а ещё объявил об открытии множества вакансий, которые будут оплачиваться, а на заработанные деньги человек мог заказать из города всё, что угодно.
Часть вакансий была реальной необходимостью, другая же, как например патрульный, были фиктивными. Я был обязан если не дать, то придумать людям работу, ведь стену мы доделали, а в шахтах куклы и гексоген справлялись в разы эффективнее, ибо работали круглосуточно.
Фактически людской труд в шахте сводился к разведке и к сортировке добытой руды, но на это нужно было от силы человек тридцать. А вот в других направлениях живые люди могли быть полезны.






