ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». Морпех-2 Олег Таругин Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». ==================== Пролог Пролог Новороссийск, наши дни — Тебя тоже Егорыч ни с того, ни с сего вызвонил? — поздоровавшись с товарищем, осведомился Лешка Семенов. — Ну, да, иначе с чего б я в выходной сюда приперся, — пожал плечами Ерасов, с сомнением оглядев запертую дверь штаба поискового отряда. — Не знаешь, что случилось? — Без понятия, Серег. Торжественное захоронение давно прошло, на коп вроде бы не собираемся, разве что кто из пацанов частным порядком на разведку рванет, лето же… короче, не в курсе. Еще и опаздывает. — Командир не опаздывает, командир задерживается, причем исключительно по уважительной причине! — внезапно раздавшийся за спинами поисковиков голос заставил обоих вздрогнуть. Несмотря на возраст, Виктор Егорович всегда подходил абсолютно бесшумно — сказывались два проведенных «за речкой» срока. А ведь вроде бы обычным сапером был… или все-таки не обычным? Про это Егорыч никогда не рассказывал — как, впрочем, и про остальные свои афганские приключения. А если напрямую спрашивали — только отмалчивался или парой-другой фраз уводил разговор в сторону… — Гадаете, зачем звал? — пожав ребятам руки, осведомился тот. — Есть причина, есть. Вот только поговорить о ней могу исключительно с вами, остальные, боюс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Санбат расположился в длинной балке с достаточно крутыми склонами. Тот, что со стороны противника, весь изрыт строящимися землянками — медики зарываются в землю. Работают, как и говорила Тамара, в основном легкораненые и свободные от службы бойцы, и работают споро — все отлично понимают, что только так можно будет защититься от немецких обстрелов. Наверняка и на боевых позициях сейчас тоже кипит работа. Роются блиндажи и огневые точки, пробиваются в неподатливом каменистом грунте ходы сообщения и окопы — плацдарм готовится к долгим семи месяцам оборонительных боев. Впрочем, как это ни странно звучит, о последнем сейчас знает лишь один человек на свете, некий старший лейтенант Степан Алексеев. Все остальные, включая и высшее руководство страны, пока просто не в курсе, сколько именно предстоит сражаться Малой земле…

Досадливо помотав головой — и с чего это его, вдруг, на размышлизмы потянуло, других проблем нет? — морпех двинул к выходу из балки. Но не дошел, остановленный радостным вскриком за спиной:

— Тарщ лейтенант, вот вы где! Я вас в санбате ищу, а вы вона куда утопали!

Голос был знаком, и Степан медленно повернулся. Что ж, одной проблемой меньше — похоже, самостоятельно искать штаб уже не придется, найдется, кому пособить:

— Здоров, Вань!

— Здравия желаю, тарщ командир! — подбежавший Аникеев честно попытался изобразить некое подобие строевой стойки, но вышло плохо. Выглядел рядовой браво: на груди висит ППШ, на поясе — финка и подсумки с запасными магазинами и гранатами, за пояс заткнуты две трофейные «колотушки», да еще и из-за голенища сапога торчит рукоятка немецкого штыка. Ну, просто классический морпех, хоть сейчас фоткай, да на передовицу свежего выпуска «Красной звезды» — «советский морской пехотинец на отбитом у противника плацдарме в районе города N».

— Силен, — закончив осмотр, одобрил старлей, широко улыбнувшись. — Немец в бинокль увидит — сразу впереди собственного визга аж до самого Берлина драпанет. Да не хмурься, Вань, дядя просто шутит. У дяди настроение хорошее, поскольку рад, что ты жив-здоров. Выкладывай, давай, что да как. Хотя, нет, лучше по дороге расскажешь, не с руки мне тут задерживаться. Потопали.

— Сбежали? — понимающе подмигнул Аникеев, пристраиваясь рядом.

— Сбежал, — не стал скрывать Степан. — Некогда мне в больничке отлеживаться, Вань, воевать нужно. А то вдруг без меня Новороссийск освободите? Так и останусь без медали, а то и ордена.

— Скажете тоже, без вас, — помрачнел морской пехотинец. — Фриц со вчерашней ночи аж до сегодняшнего обеда продыху не давал, то контратаки, то обстрелы, то бомбардировки. Сейчас, правда, поутих малехо, выдохся, видать. Да и наши артиллеристы, спасибо корректировщикам, им тоже неслабо в ответ насыпали.

— Понятно.