Санбат расположился в длинной балке с достаточно крутыми склонами. Тот, что со стороны противника, весь изрыт строящимися землянками — медики зарываются в землю. Работают, как и говорила Тамара, в основном легкораненые и свободные от службы бойцы, и работают споро — все отлично понимают, что только так можно будет защититься от немецких обстрелов. Наверняка и на боевых позициях сейчас тоже кипит работа. Роются блиндажи и огневые точки, пробиваются в неподатливом каменистом грунте ходы сообщения и окопы — плацдарм готовится к долгим семи месяцам оборонительных боев. Впрочем, как это ни странно звучит, о последнем сейчас знает лишь один человек на свете, некий старший лейтенант Степан Алексеев. Все остальные, включая и высшее руководство страны, пока просто не в курсе, сколько именно предстоит сражаться Малой земле…
Досадливо помотав головой — и с чего это его, вдруг, на размышлизмы потянуло, других проблем нет? — морпех двинул к выходу из балки. Но не дошел, остановленный радостным вскриком за спиной:
— Тарщ лейтенант, вот вы где! Я вас в санбате ищу, а вы вона куда утопали!
Голос был знаком, и Степан медленно повернулся. Что ж, одной проблемой меньше — похоже, самостоятельно искать штаб уже не придется, найдется, кому пособить:
— Здоров, Вань!
— Здравия желаю, тарщ командир! — подбежавший Аникеев честно попытался изобразить некое подобие строевой стойки, но вышло плохо. Выглядел рядовой браво: на груди висит ППШ, на поясе — финка и подсумки с запасными магазинами и гранатами, за пояс заткнуты две трофейные «колотушки», да еще и из-за голенища сапога торчит рукоятка немецкого штыка. Ну, просто классический морпех, хоть сейчас фоткай, да на передовицу свежего выпуска «Красной звезды» — «советский морской пехотинец на отбитом у противника плацдарме в районе города N».
— Силен, — закончив осмотр, одобрил старлей, широко улыбнувшись. — Немец в бинокль увидит — сразу впереди собственного визга аж до самого Берлина драпанет. Да не хмурься, Вань, дядя просто шутит. У дяди настроение хорошее, поскольку рад, что ты жив-здоров. Выкладывай, давай, что да как. Хотя, нет, лучше по дороге расскажешь, не с руки мне тут задерживаться. Потопали.
— Сбежали? — понимающе подмигнул Аникеев, пристраиваясь рядом.
— Сбежал, — не стал скрывать Степан. — Некогда мне в больничке отлеживаться, Вань, воевать нужно. А то вдруг без меня Новороссийск освободите? Так и останусь без медали, а то и ордена.
— Скажете тоже, без вас, — помрачнел морской пехотинец. — Фриц со вчерашней ночи аж до сегодняшнего обеда продыху не давал, то контратаки, то обстрелы, то бомбардировки. Сейчас, правда, поутих малехо, выдохся, видать. Да и наши артиллеристы, спасибо корректировщикам, им тоже неслабо в ответ насыпали.
— Понятно.






