ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». Морпех-2 Олег Таругин Военная сага Степана Алексеева, старшего лейтенанта морпехов, длится. 1943-й, и вот он уже на плацдарме «Малая земля». ==================== Пролог Пролог Новороссийск, наши дни — Тебя тоже Егорыч ни с того, ни с сего вызвонил? — поздоровавшись с товарищем, осведомился Лешка Семенов. — Ну, да, иначе с чего б я в выходной сюда приперся, — пожал плечами Ерасов, с сомнением оглядев запертую дверь штаба поискового отряда. — Не знаешь, что случилось? — Без понятия, Серег. Торжественное захоронение давно прошло, на коп вроде бы не собираемся, разве что кто из пацанов частным порядком на разведку рванет, лето же… короче, не в курсе. Еще и опаздывает. — Командир не опаздывает, командир задерживается, причем исключительно по уважительной причине! — внезапно раздавшийся за спинами поисковиков голос заставил обоих вздрогнуть. Несмотря на возраст, Виктор Егорович всегда подходил абсолютно бесшумно — сказывались два проведенных «за речкой» срока. А ведь вроде бы обычным сапером был… или все-таки не обычным? Про это Егорыч никогда не рассказывал — как, впрочем, и про остальные свои афганские приключения. А если напрямую спрашивали — только отмалчивался или парой-другой фраз уводил разговор в сторону… — Гадаете, зачем звал? — пожав ребятам руки, осведомился тот. — Есть причина, есть. Вот только поговорить о ней могу исключительно с вами, остальные, боюс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Окажись на его месте что-нибудь легкое, «двойка» там, или творение чешских танкостроителей, можно было вовсе не париться: башенный КПВТ прошил бы его едва ли не навылет. Или даже без «едва ли». Но тут им ничего не светит, от слова «совсем». Зато всего одно попадание башенного орудия — и амба, как морячки говорят. Разворотит, словно консервную банку, от лобовой брони и аж до самой кормы.

— Маневрируй, Сань! У тебя в скорости преимущество! Постарайся в борт зайти, порвем суке гусянку, у нас калибр, как у противотанкового ружья!

— Понял, командир! — мехвод крутанул штурвал, поворачивая бронемашину. — Счас сделаем…

БТР-80 — отличная машина, репутация которой подтверждена тридцатью с лишним годами боевой эксплуатации и десятками локальных войн и конфликтов по всей планете. Закономерный и успешный финал развития всей линейки советских плавающих четырехосных бронетранспортеров шестидесятых-восьмидесятых годов. Неприхотливая и феноменально надежная, особенно когда ей управляет грамотный механик-водитель. Вот только даже самый грамотный мехвод уже ничего не сумеет изменить, если все четыре колеса одновременно проваливаются в немецкую траншею, и четырнадцатитонный бэтээр намертво садится брюхом на бруствер…

Когда бронемашина внезапно завалилась на правый борт, Степан как-то сразу и окончательно осознал, что это конец. Сколько фрицевским танкистам нужно времени, чтобы развернуть башню, навести пушку и выстрелить? Тридцать секунд, меньше? Оставалось только одно — успеть спасти бойцов:

— Экипаж, покинуть машину! Через левую дверь! Быстро! — ухватив замешкавшегося наводчика за плечо, Алексеев стащил его с сиденья, пихнув в направлении бортового люка. Лязгнув, распахнулись бронированные створки, ощутимо пахнуло сгоревшим порохом, отработанной соляркой и морем. Море солено пахло водорослями и йодом.

— Уходите налево вдоль побережья, ищите, где наши высадились! Санька, чего тормозишь? Или тебя приказ не касается? Живо наружу, автомат только прихвати! Я догоню.

Вытолкав наружу Никифорова, Степан на миг замер, справляясь с внезапно накатившим ощущением дежа вю: ведь все это уже было совсем недавно, разве нет? Он отдавал приказ немедленно покинуть машину, торопил мехвода, напоминая тому про личное оружие. Вот только о том, что произошло дальше, вспомнить он упорно не мог. Да и какая на фиг разница?! Только драгоценное время теряет, которого и без того не осталось…

Заняв место наводчика, Алексеев приник к перископическому прицелу, коснулся рукояток горизонтальной наводки. Особым спецом стрельбы из БПУ он, разумеется, не был, но как именно навести башенную пулеметную установку на цель, и открыть огонь знал, поскольку учили.