ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Разве я мог ожидать, что меня, грозного Великого Лучника, чье имя внушало страх сильным противникам, отравят прямо на моей же свадьбе? Душа уже расставалась с телом, как вдруг неведомая сила даровала мне вторую жизнь. Очнулся я в шкуре раба, приговоренного к смерти, и теперь таскаю тяжелые камни в руднике. Вдобавок ко всему, я еще и никудышный маг. Что ж, отправная точка ясна. Первым делом нужно сбежать отсюда, отомстить тем, кто отправил меня в эту преисподнюю, и собрать мощный клан. А еще разобраться, что это за странные огни мерцают вдалеке…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Хоть бы его вернули живым, ради всего святого.

— Вы не говорили, как ваш сын оказался там, — ответил император.

— Нам нечего скрывать от вас, но это только между нами, — ответил канцлер.

— Давай я объясню, дорогой, — взглянула на своего мужа Матильда и повернулась к императорской чете. — Понимаете, наш мальчик очень любознательный. С детства всё любил исследовать. И не всегда это было безопасно… А сейчас, как узнал, что и ваша дочь очень любит всякие походы и битвы, решил перенестись через сумеречную зону в Москву. Поговорить с ней и показать этим поступком себя как бесстрашного рыцаря.

— А дальше вы знаете… мы получили сигнал о помощи, — добавил канцлер. — Годрик и ваша Надя будут замечательной парой.

Принцесса бросила вилку на тарелку и встала из-за стола:

— Дамы и господа, я вас покину. У меня разыгралась внезапная мигрень.

— Пойду, провожу, — поднялся следом император. Как она может себя вести⁈

— Да нет, папенька, я сама доберусь до спальни, — ответила ему дочь.

— Ну уж нет, — отрицательно покачал головой император. — Знаем мы эти мигрени. Закружится голова на ступеньках и…

— Так я Марфу попрошу, — парировала Надя.

Но он был неумолим.

— Дай возможность позаботится о тебе отцу, — через силу улыбнулся император. — Пошли…

Когда они отошли от праздничного стола достаточно, чтобы их голосов не было слышно, он зашипел на дочь:

— Ты что себе позволяешь? Знаешь кто это?

— А кто мы? Зачем мы хвостиком виляем перед этими… этими иностранцами? — Надя зло посмотрела ему в глаза. — Годрик то, Годрик сё… А меня кто-нибудь спросил?

— Вот и поговоришь с ним потом, — ответил император, стараясь погасить раздражение.

— Да он же давно сгинул в сумеречной зоне. Иван-то, может, и найдет его, но живым ли?

— Не смей так говорить. В кого ты такая уродилась вообще! У людей горе! — упрекнул её император.

— Как раз в тебя, — ответила Надя. — Вы обо мне тоже не думаете.

— Так, иди в спальню. Остынешь — спускайся ко второму завтраку, — махнул своей дочери император.

— Его ещё называют обедом, — съязвила Надя. — Посмотрим.

Император сжал губы, провожая дочь. А ведь она права. Пусть в Германии и принято не спрашивать своих детей согласия, но он-то не варвары. Не захочет — заставлять не будет. Это точно.

Как-то ему полегчало от такой мысли, и он вернулся за стол, где которым уже вовсю обсуждали будущую свадьбу.

* * *

— Ну, и где он может быть? — Лея семенила чуть впереди меня.

Она изредка останавливалась, к чему-то прислушиваясь, а затем выстреливала паутиной на пару метров и прыгала вперёд, вновь замирая на пару секунд.

— Никаких следов? — спросил я у паучихи.

— Вообще ничего, — ответила она. — Так бы хоть обрывки какие были. Но и этого нет.

Пал Палыч уже шагал бодро и не прихрамывал.