Будущая мастерская игрушек. Не показалось мне ничего.
— Барин, могет, тута причалим? — указал мне в сторону притока Прохор.
У берега в этом месте стоял вполне себе добротный причал, куда не то что нашу яхту можно пришвартовать, но и полноценный барк. От взора со стороны поместья его ограждал небольшой пятачок леса. Да и в целом его похоже оставили в качестве ветровой защиты.
— Да, туда правь, — согласился я с матросом.
Сам же себе мысленно дал щелбан. Говорили же мне неоднократно, что древесину мы на мимо проходящие баржи отгружаем. А что они для того причаливали и им место доброе нужно, как-то не сообразил. Хотя — это же как дважды два.
«С другой стороны, — решил я себя оправдать перед самим собой, — яхту ставить в этом месте неудобно. И баржам мешать будет, и идти от поместья до нее далеко. Надо все же нормальный, пусть даже небольшой, причал около дома ставить, как изначально и думал».
На берегу никого не было. Да и суетящиеся вдали около сгоревшей, как стало совершенно очевидно, лесопилки люди нас не заметили. Пришлось нам с Прохором повозиться, чтобы пришвартоваться. Сначала парус приспустили, подходя поближе к берегу. Когда ход яхты упал, но при этом стало очевидно, что набранной скорости хватит добраться до причала, мы и вовсе тот парус убрали. А дальше уже бросили якорь за пару метров до причала, и матрос ювелирно накинул швартов на кнехт. Тут в качестве кнехта выступало два бревнышка, выпирающие из причального настила.
Только убедившись, что яхта надежно пришвартована и волной ее не утащит, мы с Прохором спустились на берег. Я тут же быстрым шагом двинулся в сторону лесопилки. Или того, что от нее осталось.
В голове роились десятки мыслей. Когда сгорела лесопилка? Из-за чего? Пострадал ли кто-то из рабочих? Успели ли отгрузить недельный запас досок или нет? Где взять деньги на ее ремонт? Что с контрактом на поставки? Будем ли мы платить неустойку за срыв поставок, и не расторгнут ли с нами и вовсе договор? А как теперь с мастерской быть? Без опилок с лесопилки есть ли смысл ее достраивать?
Эти вопросы наслаивались друг на друга, не давая сосредоточиться на каком-то одном, и лишь усиливали мое беспокойство. Единственный способ получить хоть часть ответов был в том, чтобы поскорее добраться до пепелища и расспросить находящихся там людей. И я неосознанно все прибавлял и прибавлял шаг, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег.
Меня все же заметили до того, как я добрался до лесопилки. От роящихся на пожарище людей отделилась фигурка и двинулась в мою сторону. Это оказался наш мастер Михей. Мужик был чумаз от сажи, лицо угрюмое, но вроде никаких ожогов или травм на нем не вижу.
— Роман Сергеевич, с прибытием, а у нас — сами видите, беда приключилася! — еще даже не добежав до меня, начал кричать мужик.






