ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Проснулся в новом теле, в другом мире? Отличный старт. Магия здесь существует? Замечательно. Свой дар обнаружил? Да это же настоящий подарок судьбы! Вот только воспоминаний о здешней жизни — ноль. Кругом глухая тайга, злые волки, и ты сам уже почти их обед. А в городах за тобой и твоими родными идёт настоящая охота. Но я ещё решу, кому из этих охотников суждено выжить. Моя месть — дело чести для Рода. Читать дальше В Интересах Рода Валерий Листратов Проснулся в новом теле, в другом мире? Отличный старт. Магия здесь существует? Замечательно. Свой дар обнаружил? Да это же настоящий подарок судьбы! Вот только воспоминаний о здешней жизни — ноль. Кругом глухая тайга, злые волки, и ты сам уже почти их обед. А в городах за тобой и твоими родными идёт настоящая охота. Но я ещё решу, кому из этих охотников суждено выжить. Моя месть — дело чести для Рода. ==================== Глава 1 Глава 1 Напротив меня уже полчаса сидит очкастый лысый чмошник, похожий на крысу. — И всё-таки, Кирилл Олегович, мы настаиваем на передаче этого пустыря под строительство торгового центра, — монотонно нудит он. — Слушайте, — устало говорю я. — Я всё решил ещё с Борисом Аркадьевичем, когда возвращал сохраненные деньги. На пустыре будет построен спортивный центр для жителей района. Чмошник не обращает на мои слова никакого внимания. — Вашу заинтересованность в муниципальных выборах мы понимаем и готовы поддержать. Но нам необходим на этом месте торговый центр. Мы готовы выделить Вам двадцать процентов владе

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С таким ощущением, самое то искать воспоминания. Закрываю глаза. Настраиваюсь на что-нибудь связанное со здешним отцом.

...

— Ангард!

Я стою в фехтовальном зале, в руках шпага и дага. Напротив стоит высокий крепкий мужчина в фехтовальной маске и только со шпагой. Волнуюсь, отец редко позволяет себе фехтовать со мной. Но сегодня небольшой экзамен. Возле стены застыл мой дядька, и тоже не находит себе места. Этот экзамен и для него.

Начинаем с медленного прощупывания. Я атакую, постепенно наращивая темп. Каждый укол блокируется в спокойном режиме. Когда отец понимает, что я пошел по второму кругу заученных атак, он резко взвинчивает темп, и начинает атаковать сам.

Я отвожу уколы дагой и атакую, перемещаясь по тому мысленному рисунку, что мы разбирали с дядькой. Какое то испанское слово, но я его сейчас даже вспомнить не могу. Темп взвинчивается до такой степени, что я практически не думаю. Небольшая царапина на предплечье почти выбивает меня из состояния, но привычный ритм возвращает и затягивает.

Начинаю выдыхаться. Внезапно, передо мной не оказывается противника, а шпагу фиксируют узнаваемые плоскости.

— Молодец, я доволен, — говорит отец. — Пока не хватает фантазии и не включаешь магию, но прогресс ощутим. Не сбился при царапине, удержал ритм — хорошо.

Дядька у стены ощутимо выдыхает, я улыбаюсь, и снимаю шлем.

...

Хм. . . А я вроде как неплохой фехтовальщик получается. В воспоминании, мне, кажется, на пару лет меньше. Думаю, эти пару лет я на месте не стоял. Когда доберусь до крупного города нужно проверять. Раз фехтованию уделяется время, да еще это было для меня важно, значит дуэли тут могут быть в ходу.

Прислушиваюсь к себе — может еще что подбросит память? Нет, пока молчит. Ну хорошо.

«Надо подниматься, — думаю, — да и места общего пользования посетить уже пора».

Поднявшись на ноги, понимаю, что в общем-то, кроме слабости, чувствую себя замечательно.

Поискав одежду, иду к монументальному такому шкафу. Открываю дверь, и невольно отскакиваю. На двери висит зеркало, толстого стекла, довольно мутное. Оттуда на себя смотрю я. Помолодевший лет на двадцать пять, поджарый, еще не имеющий проблем с глазами и ранениями. С коротким ежиком русых волос. Немного простоватым, даже наивным лицом. Серые глаза добавляют немного шарма, но впечатления доброго простоватого парня не меняют.

Грустно улыбаюсь, вот таким я и был до Второй Чеченской, контузии и выживания после, когда твои боевой опыт, навыки планирования и анализа нужны не государству, а вовсе даже наоборот. Приходилось и планировать и участвовать. Боров опять же, стал местным смотрящим во многом благодаря мне.

Но не теперь. Теперь все по другому. Из груди приходит теплая волна. Теперь мне есть ради чего, и кого жить.