ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Утро встретило меня тишиной, кофе и чистотой, от которой у прошлого меня случился бы нервный тик. Я — шеф, который открыл забегаловку в городе, где магия считается важнее вкуса. А теперь у меня есть Даша: рыжая, глазастая, с ножом в руках и энтузиазмом батальона. Первая ученица усердно крошит лук и ждёт, когда я научу её правильно есть этот мир. Потом привели Вовчика. Парень фанатеет от меня с такой силой, что слепой щенячий восторг в его глазах меня немного пугает. Он плачет над корзиной лука, я показываю ему приёмы. Даша же вечером прижимается слишком близко, шепчет что-то бархатным голосом, и я, тридцатилетний мужик, краснею, как школяр. А Рат разнюхал новости. Кабан готовит мне сюрприз. Праздник «Сытого Горожанина» скоро, и враги нанимают тех, от кого пахнет гарью и самогоном. Спокойная жизнь подошла к концу. Начинается игра, где на кону — не только кухня. Я чувствую это. И мне нравится.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Имперский повар 2

Вадим Фарг, Сергей Карелин

Утро встретило меня тишиной, кофе и чистотой, от которой у прошлого меня случился бы нервный тик. Я — шеф, который открыл забегаловку в городе, где магия считается важнее вкуса. А теперь у меня есть Даша: рыжая, глазастая, с ножом в руках и энтузиазмом батальона. Первая ученица усердно крошит лук и ждёт, когда я научу её правильно есть этот мир.

Потом привели Вовчика. Парень фанатеет от меня с такой силой, что слепой щенячий восторг в его глазах меня немного пугает. Он плачет над корзиной лука, я показываю ему приёмы. Даша же вечером прижимается слишком близко, шепчет что-то бархатным голосом, и я, тридцатилетний мужик, краснею, как школяр.

А Рат разнюхал новости. Кабан готовит мне сюрприз. Праздник «Сытого Горожанина» скоро, и враги нанимают тех, от кого пахнет гарью и самогоном. Спокойная жизнь подошла к концу. Начинается игра, где на кону — не только кухня. Я чувствую это. И мне нравится.

====================

Глава 1

Глава 1

Утро встретило меня блаженной тишиной, густым ароматом свежесваренного кофе и порядком, настолько идеальным, что он казался почти стерильным. Моя кухня, ещё пару недель назад выглядевшая так, будто по ней пронёсся взвод гоблинов-дебоширов, теперь сияла (да, можно было бы об этом и не вспоминать, но… чёрт возьми, приятно же смотреть на плоды своих трудов). Поверхности, начищенные до зеркального блеска, отражали утренний свет. Посуда, вымытая и высушенная, стояла ровными стопками, словно солдаты на параде. А на полках, где раньше громоздились уродливые банки с магической дрянью, теперь зияла звенящая, прекрасная пустота.

Настя, моя внезапно обретенная сестрёнка, сонно бродила по кухне в своей дурацкой пижаме с мультяшными совами. Она прихлёбывала чай из большой кружки и смотрела на всё это с плохо скрываемым изумлением. Её огромные серые глаза, похожие на пасмурное небо, всё ещё были заспанными и немного опухшими.

— Она вообще человек? — пробормотала Настя, кивнув подбородком в сторону двери в комнату для гостей. — Мне кажется, она и не ложилась.

За дверью раздавалось энергичное сопение и какая-то возня. Я невольно усмехнулся. Даша Ташенко, рыжеволосая дочь мясника, примчалась к нам на рассвете, когда я только-только успел продрать глаза. С порога она выпалила, что отец дал своё благословение, и теперь она — мой первый и пока единственный официальный работник. Судя по её горящим зелёным глазам и виду человека, готового свернуть горы, она восприняла это не как подработку, а как священную миссию.

— Энтузиазм — двигатель прогресса, — философски заметил я, отхлёбывая горький, крепкий кофе. — Главное, чтобы этот двигатель не заглох после первой же сотни почищенных картофелин.