Проклятье между нами
Ульяна Муратова
Я — лекарь в гарнизоне, происхожу из семьи, потерявшей всё состояние.
Он — лётчик, которому пророчат головокружительную карьеру.
Между нами стоит давняя кровная вражда.
Мой отец обесчестил его мать и чуть не довёл до смерти — в ответ она наложила проклятие на всех моих родных.
Нам запрещено даже вспоминать друг о друге, а заклятие не даст нам соединиться.
Есть лишь одна оговорка...
====================
Глава 1
Глава 1
Тридцатое октабриля. Вечер
Лиора Боллар
Начнём с того, что это просто несправедливо!
Вообще-то мы в один день родились.
Так почему сестра всегда ведёт себя так, будто она старшая и умудрённая опытом дама, а я — трёхлетка несмышлёная?
Я такой же взрослый и ответственный человек, как она!
Ладно, не такой же. Но только потому, что быть настолько взрослым и ответственным человеком в восемнадцать лет — это преступление против природы. А я — достаточно взрослый и ответственный человек. И целительских способностей, между прочим, у меня не меньше, чем у Уны, поэтому с работой я вполне в состоянии управиться.
Но… разумеется, сестра отказывалась в это верить и уже в который раз спросила:
— Ты точно справишься одна?
— Да точно! — в который раз заверила я, с нетерпением ожидая её отъезда.
— Я могу отменить поездку на симпозиум и остаться дежурить вместе с тобой, — предложила Уна, пытливо глядя на меня. — А конспекты потом у Брена возьмём.
«Не надо со мной оставаться!» — мысленно взмолилась я, но вслух сказала лишь:
— Уна, дорогая, тебе не о чем беспокоиться. С наступлением холодов твари затихли, никаких прорывов не ожидается, тем более в полнолунную неделю. Все служащие наконец разъехались по долгожданным увольнительным, так что даже если после твоего отъезда в части внезапно вспыхнет внезапная эпидемия внезапной холеры, то мне и лечить-то особо некого, — насмешливо ответила я, а потом пообещала уже серьёзнее: — Но если вдруг что-то случится, то я приложу все усилия, чтобы наилучшим образом справиться с работой. Слово Боллар.
Я заморгала, показывая преданность целительскому делу и максимально возможную ответственность. Сестра смотрела скептически. Кажется, ответственность не морганием показывают.
Ну да ладно.
Главное — глаза не закатывать. Её это особенно сильно бесит.
Пока сестра на меня смотрела, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не подпрыгивать на месте. Внутри словно салюты взрывались в честь её отъезда, но внешне я старалась оставаться максимально спокойной.
Поковыряв во мне дырку взглядом ещё добрую минуту, Уна наконец вздохнула и объявила:
— Ладно, я поеду. В конце концов, от каждой медчасти там должно быть по представителю, а наша безответственная гарцель сама знаешь где.






