ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». Искупление Андрей Панченко Ангола осталась позади, до возвращения — последний шаг. Но сперва ждёт задание, где риск смертелен, выбор мучителен, а итогом станет проверка, после которой можно отправляться домой. Это продолжение «Работы над ошибками». ==================== Глава 1 Глава 1 На пятый или шестой день, когда температура впервые почти сутки держалась ниже тридцати восьми и мне разрешили ненадолго садиться в постели, в палату вошли трое. Двое были в обычной полевой форме без видимых знаков различия, третий — в лёгком гражданском костюме, совершенно не подходившем для луандской жары. Старший, сухой мужчина лет сорока пяти с коротко остриженными седыми висками, остановился возле кровати и достал из нагрудного кармана удостоверение. — Подполковник Климов, Особый отдел аппарата Главного военного советника. Удостоверение он раскрыл всего на несколько секунд, однако мне хватило времени разглядеть фотографию, фамилию и красную печать. Он указал на второго военного, оставшегося у двери. — Капитан Серов. Затем повернулся к человеку в костюме. — Майор юстиции Лебедев, военная прокуратура. Лебедев положил на прикроватную тумбочку тонкую папку, вынул блокнот и сел на второй стул. Климов придвинул к кровати первый. Медсестра, которая как раз меняла флакон с раствор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Именно этим мы занимаемся.

Он сказал это без нажима, однако смысл был предельно ясным. Климов открыл папку, достал лист и провёл пальцем по нескольким строкам.

— По имеющимся сведениям, встреча имела характер крупной нелегальной сделки. Алмазы передавались европейским посредникам в обмен на валюту. Камни остались на месте. В дипломате обнаружена лишь незначительная часть предполагаемой суммы. Следовательно, основная сумма могла находиться в самолёте, в одной из машин, в отдельном ящике или у кого-то из участников встречи.

— Могла.

— Вы осматривали самолёт?

— Да.

— Машины?

— Да.

— Убитых?

— Да.

— Значит, именно вы могли обнаружить деньги, о которых остальные члены группы даже не знали.

— Мог бы, если бы они там были.

— А вы утверждаете, что их не было.

— Я утверждаю, что их не видел.

— Несколько минут назад вы говорили увереннее.

— Я говорю одно и то же. Я осмотрел доступные места и больше денег не обнаружил. Проверять самолёт по винтику или разбирать сиденья у нас не было времени.

— Где именно вы искали?

Я перечислил кабину самолёта, пространство за креслами, небольшой багажный отсек, кузова джипов, ящики с боеприпасами, сумки убитых и пространство возле капота.

— Тщательно?

— Насколько позволяла обстановка.

— То есть нет.

— То есть достаточно, чтобы не оставить на виду ничего очевидного.

— А неочевидное?

— Могло остаться.

Лебедев поднял голову.

— Удобная позиция. Всё, что передали, вы нашли. Всё, чего не хватает, могло остаться незамеченным.

— Вы сами говорите о деньгах, существование которых пока ничем не подтверждено, кроме предположительной стоимости камней.

— Стоимость подтверждена специалистами.

— Стоимость камней подтверждена. Наличие денег — нет.

Климов несколько секунд молчал.

— Вы хорошо подбираете формулировки.

— Я отвечаю на ваши вопросы.

— Надеюсь, что только поэтому.

— Это была первая угроза, произнесённая почти дружелюбно.

— Давайте предположим, — продолжил он, — что деньги находились в отдельном ящике. Вы нашли его, но поняли, что не сможете унести полностью. Тогда могли взять часть, а остальное спрятать на маршруте или оставить в условленном месте.

— Нет.

— Почему так уверенно?

— Потому что для этого не было ни времени, ни возможности.

— Возможности появляются, когда речь идёт о таких суммах.

— Только у человека, который сидит в кабинете и представляет отход от преследования в буше по карте.

Серов у двери немного изменил позу. Климов посмотрел на меня внимательнее.

— Объясните.

— Объясняю. Двенадцать миллионов долларов наличными — это не несколько пачек, которые можно сунуть за пояс. Даже если вся сумма была стодолларовыми купюрами, это примерно сто двадцать килограммов денег, не считая упаковки. Если купюры были мельче, вес получился бы ещё больше.

Лебедев сделал пометку.