И кто это устроил, как ты думаешь?
— Да, но…
— Боря, цыц! Тебе слова не давали. Иди лучше одевайся на выход. Надо проводить девушку домой, уже поздно. Заодно проветришься и подумаешь, как тебе попасть на сдачу экзамена к Малиновскому.
— Эй, это моё задание! — уперев руки в бока, заявила Крис.
— Уверена, что справишься?
— Если Боря может из другого института попасть на экзамен к нужному человеку, то уж мне и вовсе стыдно не справиться.
— Хорошо, оставим эту миссию тебе. Боре пора переходить на следующую ступень.
Распушившего хвост очкастого донжуана я поймал на выходе за пуговицу и шёпотом пообещал уши оборвать, если он распустит язык.
— Помни, дружище, я тебе устроил вечернюю романтическую прогулку не для того, чтобы ты болтал о моих делах. Скажешь ей хоть слово, и завтра она тебя видеть не захочет. Ты знаешь, я смогу это устроить.
— Знаю. Будь уверен, я ничего не скажу.
— Ступайте, дети мои. Но помните: молчание — золото! Крис, это касается вас обоих.
Наутро я одевался с особым тщанием. Важный день. Как следует побрился. Позаимствовав из дедушкиной гардеробной отличный коричневый костюм и рубашку к нему, огляделся в зеркале. Неплохо. Спасибо деду-химику, толк в одежде он знал. С особым тщанием начистил ботинки кремом «Люкс». С причёской сильно заморачиваться не стал — зайду в парикмахерскую, всё равно надо постричься.
Первым пунктом моего крестового похода стала воинская часть, которая находилась в отдалённом районе города. Она и в наши дни там находится, и в военном городке мало что изменилось в плане инфраструктуры. Те же серые панельные пятиэтажки, одна-единственная остановка транспорта. Количество асфальта примерно то же самое, размер луж тоже. КПП, плац, казармы, полигон для стрельбищ. Пару раз мы сюда ездили, так сказать по обмену премудростями. Так что расположение помню.
Моя задача была проста и незатейлива — передать поздравление командованию. Но оставить его на контрольно-пропускном пункте могли и комсомолки. Мне нужно было попасть на территорию, чтобы вручить конверт лично. Дежурный лейтенант при виде моего удостоверения замешкался и набрал внутренний трёхзначный номер. Говорил он за стеклянным окошком и негромко, но выражение на лице и без звука читалось. Впечатлён парень. Кого вызовет?
— Сейчас сюда подойдут, распишитесь пока, — придвинул он мне журнал.
— Это что?
— Виноват, порядок такой.
Я черкнул максимально неразборчивую закорючку. Не хватало ещё подписями раскидываться. Может и не выгорит ничего, а улика останется.
Уставившись в окно, я вспоминал, кого из командного состава этой части знал в прошлой жизни. Возможно, кто-то из них прямо сейчас лопоухим пацаном бегает по плацу. Или взять этого прыщавого лейтенанта, что сверлит взглядом мою спину.






