ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Болезнь захватывает мир, покойники строят козни, но и наш парень себе на уме. Целитель 6 Роман Романович Болезнь захватывает мир, покойники строят козни, но и наш парень себе на уме. ==================== Пролог Пролог Эдуард Олегович вот уже полчаса слушал споры членов клуба неравнодушных, который было бы куда справедливее назвать клубом приговорённых. — Этому существу нельзя верить! — в который раз заявил Костя. — Нас точно заманивают в ловушку! — Тогда объясни, зачем такие сложности, — ответил ему Альберт. — По правде говоря, единственное, что точно понятно — это то, что ни хрена непонятно. — Тварь есть тварь, — резко ответил Костя. — Предлагаю успокоиться, — сказал Марк Михайлович, — Давайте по порядку. Подведёшь итоги? — глянул он на Эдуарда Олеговича. — Ты самый спокойный из нас. — Подведу, почему бы и не подвести, — подобрался мужчина. — Во-первых, с большой долей вероятности наш связной — нежить. — Поэтому его надо убить, — заявил Костя. — Поэтому кому-то надо помолчать и не перебивать, — строго посмотрел на него Марк Михайлович. — Если позволите, я продолжу, — сказал Эдуард Олегович. — Нет стопроцентной гарантии, что кольца, которые мы получили, работают. Нормально проверить мы их так и не смогли. Поэтому сохраняется вероятность, что мы ошиблись. Костя порывался что-то сказать, но тут Альберт кинул в него заранее скомканной бумажкой, и мужчина притих, отошёл в сторону. — Вероятность такая есть, — повторил Эдуард Олегович. — Но кольцо сработало два раза. Это уже не сов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как понимаю, проследить за мстителями ты не догадалась?

— Догадалась, но они выехали за город и ушли через пустырь. Дальше тайно следовать за ними я не смогла.

— Жаль, очень жаль. Затаись пока. Скоро я пришлю к тебе кое-кого.

— Кого? — встревоженно спросила женщина.

— Володомира, — ответил глава и положил трубку.

* * *

Клая уставилась на трубку, из которой доносились гудки, как на змею.

Упоминание Володомира привело её в ужас.

— С какой целью пришлёшь⁈ — нервно прошипела она.

* * *

Эмма приехала домой с боевым настроем. Нежить ездила изничтожать спокойной — а домой как на войну шла.

Как бы сказал Олег — да уж, да уж. Мама учидила так учидила.

Но, вместо того чтобы идти устраивать разборки к ней, Эмма направилась к деду. Тот будто ждал… Впрочем, без всяких будто. Как раз ждал, точно рассчитав, к какому моменту чай заваривать.

— Спасибо, — Эмма плюхнулась в кресло, взяла свежую булочку, ещё горячую после духовки, и кружку чая. — То что нужно.

— Как я понимаю, всё прошло хорошо.

— Да. Минус две твари. Третья сбежала.

— Как упустили?

— Не то чтобы упустили. Она побоялась к нам сунуться.

— Надо же, — фыркнул старик. — Эти твари умеют бояться.

— Сама удивилась. В целом операция прошла, как надо.

— Угу, — кивнул дед. — Поверю на слово. Тут слуга твоей матери вернулся. Побитый.

— О, это его ещё подлатали вовремя. Мог и погибнуть.

— Хотелось бы услышать подробности.

Эмма рассказала. Много времени это не заняло. Спланировали, приехали, реализовали план, уехали.

— Я поговорил с ним, — сказал дед.

— С кем?

— Со слугой.

— И? — вскинула бровь Эмма.

— Ты встречаешься с Олегом Васильевым.

— Встречаюсь, сплю, веду дела, — спокойно ответила Эмма и откусила булку.

— Хм… — насупился дед.

— Что? — посмотрела на него Эмма.

Ярослав Дмитриевич посмотрел на это совсем уж недовольно. Потому что во взгляде Эммы так и читалось — ну и что ты мне сделаешь, дедушка? Давай, удиви, посмеюсь.

Старик к такому наглому неуважению не привык, вот и сидел, нахмурившись, просчитывая, как продолжать разговор.

— Мне это не нравится, — сказал он.

— Что именно?

— Ты связалась непонятно с кем. Чем ты думаешь, Эмма?

Эмма доела булочку. Прожевала, облизала губы и запила чаем.

— Деда… Давай я не буду поднимать вопрос, чем ты думал, обрабатывая маленькую меня, пичкая своей одержимостью и жаждой мести. А то как-то странно получается. Для того чтобы рубить головы мертвецам, я достаточно взрослая. А выбирать, с кем мне спать, уже недостаточно. Лицемерием попахиваем, дедушка.

— Кхе-кхе… — закашлялся он. — Ну, знаешь ли!

— Знаю, — на пару мгновений взгляд Эммы сделался холодным, отнюдь не подходящим столь юной девушке, и старик неожиданно для себя стушевался.

Ощутил, что его внучка имеет характер куда более твердый, чем ему раньше казалось.