ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Болезнь захватывает мир, покойники строят козни, но и наш парень себе на уме. Целитель 6 Роман Романович Болезнь захватывает мир, покойники строят козни, но и наш парень себе на уме. ==================== Пролог Пролог Эдуард Олегович вот уже полчаса слушал споры членов клуба неравнодушных, который было бы куда справедливее назвать клубом приговорённых. — Этому существу нельзя верить! — в который раз заявил Костя. — Нас точно заманивают в ловушку! — Тогда объясни, зачем такие сложности, — ответил ему Альберт. — По правде говоря, единственное, что точно понятно — это то, что ни хрена непонятно. — Тварь есть тварь, — резко ответил Костя. — Предлагаю успокоиться, — сказал Марк Михайлович, — Давайте по порядку. Подведёшь итоги? — глянул он на Эдуарда Олеговича. — Ты самый спокойный из нас. — Подведу, почему бы и не подвести, — подобрался мужчина. — Во-первых, с большой долей вероятности наш связной — нежить. — Поэтому его надо убить, — заявил Костя. — Поэтому кому-то надо помолчать и не перебивать, — строго посмотрел на него Марк Михайлович. — Если позволите, я продолжу, — сказал Эдуард Олегович. — Нет стопроцентной гарантии, что кольца, которые мы получили, работают. Нормально проверить мы их так и не смогли. Поэтому сохраняется вероятность, что мы ошиблись. Костя порывался что-то сказать, но тут Альберт кинул в него заранее скомканной бумажкой, и мужчина притих, отошёл в сторону. — Вероятность такая есть, — повторил Эдуард Олегович. — Но кольцо сработало два раза. Это уже не сов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А должно? — спросила Эмма, всё ещё погруженная в свои мысли, и поняла, что ляпнула что-то не то.

Она же шестнадцатилетняя девушка. Которая мало того что должна бояться, так ещё и первое серьезное ранение должно было ударить по психике. Чего она не демонстрировала.

— Вообще-то, да. И что за чудеса ты показывала? Что ещё за молитесь и уверуйте в твоего парня? Хотелось бы услышать ответ до того, как ты соберешься с мыслями и придумаешь, как мне соврать.

— Я не собираюсь тебе врать.

— Неужто ты выложишь мне всю правду? — притворно удивился старик.

— Для начала бы я хотела попить.

— А я хотел бы услышать ответы.

— Заставишь страдать внучку от жажды? — также притворно спросила Эмма.

Которая и правда судорожно прикидывала, какую часть правды можно выдать, а какую пока не стоит.

Дед с ловкостью фокусника подал кружку воды, которую приготовил заранее.

— Чего ещё изволишь? Может, тебе плохо? Срочно позвать целителя? — бросил он насмешливо.

Эмма осторожно сделала пару глотков, поморщилась от вполне себе реальной боли и попыталась поёрзать, но быстро затихла — рана чертовски ныла.

— Проблема не в том, что я что-то пытаюсь скрыть. А в том, что не знаю, как преподнести некоторые вещи.

— Только не говори, что ты беременна.

— О нет, — улыбнулась девушка. — У целителей не бывает случайных залётов, знаешь ли.

— Высечь тебя бы ремнём, — вздохнул старик.

— Ну, считай, меня высекли топором, — криво усмехнулась Эмма, чем смутила деда.

— Не смешно, — сказал он, поджав губы.

— Так и не говори глупостей, — отмахнулся Эмма. — Так вот. Проблема в том, что в некоторые вещи трудно поверить, поэтому я не знаю, как тебе сказать.

— Скажи как есть.

— Тогда ты потребуешь объяснений, а прямо сейчас я не готова к обстоятельному разговору. По правде говоря, меня мутит и в глазах двоится.

— Хватит давить на жалость, — строго сказал дед.

Но Эмма видела: его строгость напускная. Старик волновался, чем девушка, к своему стыду, пользовалась.

— И всё же? — спросил он. — Слишком много неясных моментов. Ладно ты ещё спуталась с целителем. Хотя нет. Какой-то юнец-простолюдин — лет сто назад тебя бы высекли за это розгами и услали подальше, чтобы честь рода не позорила. А, ладно… — махнул старик рукой, видя, как Эмма вскинула бровь. — Мне рассказали в подробностях, что этот так называемый простолюдин дрался на уровне мастера и, цитирую, за некоторыми его движениями было нельзя уследить. А ещё он завалил крайне опасную тварь, которая в одиночку вас чуть всех не положила, и после боя светился, как новогодняя гирлянда.

— Светился? — нахмурилась Эмма. — Это не очень хорошо…

— Хорошо или нет, этого я тебе не скажу. Но то, что шестнадцатилетние парни не должны быть настолько сильными, тем более целители — факт.

— Ох, дед… — вздохнула Эмма.