Поэтому я удивился, чего они ружья-то задействовали, если так хорошо знают, с кем столкнулись…
— Ближе к делу! — перебил князь.
— Вот, — достал из кармана находку Сергей Александрович. — Первичный анализ показал, что это кристаллизованная из очень чистого Масла пуля. Очень крепкая. Смотри, как сохранилась. Хотя машину пробила и внутри застряла.
— Однако, — откинулся князь на спинку кресла. — Они что, какое-то новое оружие придумали?
— Похоже на то, — ответил старик. — Но, как и было сказано, в этой истории ещё разбираться и разбираться. Мы только взялись за дело.
— Тогда продолжай. Не будем спешить с выводами. Целители, Чернышовы, Кузнецовы, новое оружие и мрущие пачками чудовища. В таком деле нельзя ошибиться.
— Мои люди работают.
— Пусть работают. Как невовремя-то. Раскрутить бы это дело, а… — князь махнул рукой. — Что насчёт общего плана?
— Людей я расставил. Готовы действовать. Осталось дать отмашку.
— Тогда ждем, — ответил князь.
* * *
Демьян со мной то ли как с ребенком, то ли как с больным обошёлся. За стол усадил, а сам за едой отошёл. Может, и правильно сделал. Я один остался да внутрь себя погрузился. Задавшись двумя вопросами. Как бы мне ощутить, в какую сторону направлена та гадость, что висит сейчас в плане смерти рядом с лечебницей, и почему мир, если уж помогает, напрямую не скажет, куда идти и где ритуал проводится?
Как ни странно, ответ на второй вопрос я нашёл. На грани восприятия и понимания уловил что-то такое, что объясняло происходящее.
Надо сказать, что мой родной мир куда изобильнее в плане магического искусства и разновидностей адептов. Не скажу насчёт военной части, но в остальном мы значительно превосходили местных. Даже Аристарх Павлович, который здесь один из сильнейших целителей, у нас бы был середнячком. Сам я при этом тоже середнячком был там. И это в целительстве, которым половину жизни занимался. Пусть и на поле боя по большей части.
В общем, в список моих знаний понимание тонких материй не входило. Тут какой-нибудь мудрец нужен, тонко чувствующий колебания энергий. Я же… Это как читать книгу на иностранном языке с плохим словарем. Вроде получается, но медленно и со скрипом. Чаще приходится догадываться, чем напрямую переводить. Процесс настолько сложный, что даже описание подобрать трудно. Так и выходило, что мир-то, может, и рад был бы помочь, направить меня, только я был неспособен понять его послания. Поэтому и приходилось идти «длинным» путем. Самому учиться чувствовать, взаимодействуя с проклятием.
— Олег! — позвал меня Демьян и пощёлкал пальцами перед лицом. — Вернись в реальность.
— Я здесь, — ответил ему, выныривая из пучины ощущений.
— Ага, я вижу. Это становится пугающей тенденцией. Ты и так странный, но это уже перебор. Соберись.






