ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Болезнь захватывает мир, покойники строят козни, но и наш парень себе на уме. Целитель 6 Роман Романович Болезнь захватывает мир, покойники строят козни, но и наш парень себе на уме. ==================== Пролог Пролог Эдуард Олегович вот уже полчаса слушал споры членов клуба неравнодушных, который было бы куда справедливее назвать клубом приговорённых. — Этому существу нельзя верить! — в который раз заявил Костя. — Нас точно заманивают в ловушку! — Тогда объясни, зачем такие сложности, — ответил ему Альберт. — По правде говоря, единственное, что точно понятно — это то, что ни хрена непонятно. — Тварь есть тварь, — резко ответил Костя. — Предлагаю успокоиться, — сказал Марк Михайлович, — Давайте по порядку. Подведёшь итоги? — глянул он на Эдуарда Олеговича. — Ты самый спокойный из нас. — Подведу, почему бы и не подвести, — подобрался мужчина. — Во-первых, с большой долей вероятности наш связной — нежить. — Поэтому его надо убить, — заявил Костя. — Поэтому кому-то надо помолчать и не перебивать, — строго посмотрел на него Марк Михайлович. — Если позволите, я продолжу, — сказал Эдуард Олегович. — Нет стопроцентной гарантии, что кольца, которые мы получили, работают. Нормально проверить мы их так и не смогли. Поэтому сохраняется вероятность, что мы ошиблись. Костя порывался что-то сказать, но тут Альберт кинул в него заранее скомканной бумажкой, и мужчина притих, отошёл в сторону. — Вероятность такая есть, — повторил Эдуард Олегович. — Но кольцо сработало два раза. Это уже не сов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дошёл кое-как.

— Отцу сказала, что я очнулся? — спросил Арину, когда вернулся в её комнату.

В качестве обеда она мне кашу принесла, парочку бутербродов, миску салата и стакан соку. Поэтому чем заняться мне было.

— Первым делом, — ответила она. — Он передал, что, как будешь готов, ждёт на разговор.

— Я тебя не сильно обременил-то?

— Как сказать. Не храпел — уже хорошо, — улыбнулась девушка.

Посматривала она на меня со смесью любопытства и подозрений.

— Так значит, ты древний воитель против мертвых, — выдала Арина.

— Все вопросы к отцу.

— Да ладно тебе, — попыталась отмахнуться она.

— Я серьезно. Некоторые тайны опасны, а я не хочу тебя подставлять.

— Значит, как обхаживать тебя — так пожалуйся, Арина всегда к твоим услугам. А как объясниться — так нет, опасно.

— Именно, — ответил я невозмутимо.

— Вот так и корми тебя, неблагодарного, — поджала она губы.

Что я тоже проигнорировал. Любопытно ей, видите ли. Так-то я ей очень благодарен, но прямо сейчас не в том состоянии, чтобы вести подобные разговоры. Ляпну что-то не то, а потом расхлебывай. Нет уж, мне хватило одного случая с Зельдой, чтобы запомнить этот урок и поменьше болтать.

Арина поняла, что от меня ничего не добьется, и оставила попытки. Дала мне возможность спокойно доесть и собраться с мыслями.

А мыслей было вагон и пара тележек в придачу. Так сразу и не скажешь, за что хвататься. Срывание ритуала и уничтожение заготовки под короля — это прямое приглашение всей нежити стереть это княжество с лица земли. Участие Владимира Геннадьевича — тоже тема спорная. Мало ли, какие он выводы сделает. Не хотелось бы наговаривать, но я запомнил, с какой легкостью он людей убивал. Пусть я сам их назвал предателями рода людского и против ничего не имел, но… Сдаётся мне, что глава клана, причем боевого крыла, может в какой-то момент решить, что риски слишком высоки. Что нет человека, нет проблемы. После чего от меня тупо избавятся. Вероятность этого я оценивал как низкую, но сбрасывать её со счётов — слишком опрометчиво. Нужно быть осторожнее в грядущем разговоре.

Других тем тоже хватало. Я громко заявил о себе, много где наследил, княжеская семья проявила ко мне интерес. А потом я ещё возьми и пропади. Аристарх Павлович должен прикрыть, но, как ни крути, выглядеть это в любом случае будет подозрительно. Сначала я чудеса целительства демонстрирую, хожу, свечусь, а потом бац, и исчезаю.

Да уж, да уж. Это прямо злой рок какой-то. С того момента, как в столицу прибыл, одна неприятность следует за другой. Как снежный ком наматываются. С другой стороны — я и приобрел много. Знакомство с Аристархом Павловичем, Владимиром Геннадьевичем, Эдуардом Олеговичем. Да чего уж. Одна Айя разом перечеркивала все неприятности.

Но факт есть факт.