ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Германия, 1927 год. Судьба сводит троих наших современников — разные поколения, разные судьбы, общая случайность. Российский делец, в прошлом крупный госслужащий, грезит сравняться с Ротшильдами, Морганами и Рокфеллерами. Цель оправдывает любые средства. Бывший спортсмен, отслуживший в армии и прошедший зону, сам не понимает своих желаний. Но истории о деде-коминтерновце не отпускают его. Студент — этнический немец, без капли русской крови, практикант в германском ведомстве по охране конституции. Его миссия — уберечь Германию от грядущей катастрофы. Но как? Он лишь недоучка. У каждого своя правда, свои планы, и нет причин верить друг другу.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Патриоты немецкие настроены не столь оптимистично и понимают, что в случае Гражданской в США, достанется прежде всего странам-сателлитам с компрадорскими политиками, подконтрольными Вашингтону. Германия с американскими базами подпадает под это более чем полностью, но и Россия местами очень даже…

— Ладно, в сторонку фантазии… чем будет грозить Европе, а в частности — Германии и Союзу, гражданская война в США в ближайшие годы? Зараза! Если в начале тридцатых, на фоне Депрессии и не пришедшего ещё к власти Адольфа в Германии — один сценарий. По окончанию кризиса, когда у людей появится надежда на лучшее, но Гитлер у власти — другой. Вот же…

Родригес отозвался через неделю, оторвав меня от очередных братских приключений. Как обычно, встретились со всеми средствами предосторожности.

Нужно что-то делать, чтобы исключить в дальнейшем такие встречи. Доверенное лицо какое-то требуется, верный как пёс человек. Причём верный лично мне, а не каким-то идеалам. Поискать кого-то, вроде того пулемётчика? А это мысль…

— В глубинке был, — объяснился Хосе, усаживаясь напротив, — лагеря молодёжные налаживал. Был бы хоть какой-то связной…

— Будет. Что там с лагерями?

— Всё хорошо, — подал плечами анархист, открывая меню, — даже более чем. В нашей среде много таких, кто потерял своё здоровье, но не боевой задор. Бороться активно они не могут физически, а вот передавать свой опыт молодёжи хватит и сил, и энтузиазма. По деньгам…

— Пока хватает? — Перебиваю его, — Ну и славно. Говорил уже, что не надо мне никаких отчётов, говорю ещё раз. Если тебе захочется снять виллу с прислугой — снимай!

— Я не коминтерновец[4], — брезгливо отозвался испанец, — а если бы мне хотелось жить на вилле с прислугой, не уходил бы из дома. Но я понял твою позицию — дело прежде всего, а как оно будет сделано, тебя не волнует.

— Верно, — улыбаюсь, черпая ложечкой мороженое — по летнему времени встретились в кафе, — ещё одно дело появилось. Хью Лонг, слыхал о таком?

— Как же… убрать нужно? Тип мутный, что-то вроде Муссолини в начале карьеры — вроде как и социалист, но оказавшийся фашистом. Душок от Лонга нехороший.

— Пока нет… но человек интересный и нужно бы за ним присмотреть.

— Внедрить людей в его окружение? — Родригес прикусил костяную ложечку, — Если прямо сейчас, то проблемно — человек не слишком доверчивый.

— Не горит. Сперва в Луизиану вообще, а потом уже подводить к Лонгу. Как сторонников идеи, боевиков, любовниц… всё равно. За полгода-год справишься?

— Вполне, — уверенно подтвердил испанец, — много надо людей?

— Человек двадцать профинансирую, — Хосе присвистнул еле слышно, — считаю его интересным… направлением. Если получится, можно будет расшевелить всю Америку. Ну а нет… тоже расшевелим, просто иначе.