ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был обычным интерном, и меня вполне устраивало такое существование. Но одна беда всё перечеркнула. Я очутился в другом мире, где лекари — это великие маги-целители. Сам я — никудышный врач с едва теплящимся даром, которому суждено латать преступников в подземельях. Но я не намерен опускать руки. Тем более что рядом со мной есть союзник, и вместе мы способны на многое. Эволюция целителя 4 Сергей Харченко, Сергей Карелин Я был обычным интерном, и меня вполне устраивало такое существование. Но одна беда всё перечеркнула. Я очутился в другом мире, где лекари — это великие маги-целители. Сам я — никудышный врач с едва теплящимся даром, которому суждено латать преступников в подземельях. Но я не намерен опускать руки. Тем более что рядом со мной есть союзник, и вместе мы способны на многое. ==================== Глава 1 Глава 1 Але Врезался я в стену конкретно. Услышал хруст, и моё тело прошило резкой болью. Два ребра сломаны точно, да ещё каждая мышца тела содрогалась от избыточного разряда. Меня трясло. Я смотрел на сорвавшийся с места джип. Софья… Они похитили Софью. Ублюдки! Я должен их остановить! В моей груди раздался щелчок, будто разорвалась некая оболочка. И боль которую я испытывал до этого, показалась мне цветочками. Я закричал. Громко, до хрипа. Ноги подкосились, заставляя меня упасть на землю. Нет! Я не сдамся! Хрен они угадали! Зарычав, я вскочил на ноги. Карыч что-то верещал на фоне, несколько прохожих шарахнулись в сторону, кто-то взвизгнул. Всё это не имело значен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я их уже закидал выдержками из имперских указов. Пусть подумают. По закону они не имеют право препятствовать продаже. Рано или поздно они должны назвать стоимость.

— Если получится выторговать за рыночную цену, я добавлю ещё две тысячи к вашему вознаграждению, — сообщил я нотариусу, понимая, что это точно поможет ускорить процесс.

— О, я очень рад, — Войничев повеселел, судя по голосу. — Тогда я тем более приложу все усилия, чтоб так и получилось.

На этом мы попрощались. Я сбросил звонок и отправился ужинать.

Вечер прошёл в обычном ритме. Я прогулялся на окраину поместья, где Карыч вдали от посторонних глаз тренировал свою Каркушу.

Надо сказать, что получалось у него всё лучше, хотя она вновь проголодалась, и улетела в поисках пищи, что дало мне повод для размышлений насчёт мяса, которое следовало достать, не вызывая при этом подозрений. Разумеется, для Каркуши, чтобы та не отвлекалась от тренировок.

Завтра прикуплю в мясной лавке всё что нужно.

Чуть позже я посетил душ, затем приготовился ко сну. Завёл будильник, упал на диван и отключился.

* * *

День выдался жарким.

Пока Настя проходила помещения дезинфектором, Захарычу позвонила Виктория. Он резко с ней поговорил, затем сбросил звонок и отправился в зону отдыха, клацнув на пульт телевизора.

— Застряла Виктория на вокзале в Строгино, какая-то тревога на станции, — процедил Захарыч.

— А что она там делает? В Строгино, — хмыкнул я.

— Поехала проведать тётку, и вот на тебе! — воскликнул Захарыч. — Что там происходит?

На экране появилось встревоженное лицо репортёрши.

— Сейчас на станцию никого не пускают. Объявлена тревога оранжевого уровня, — сообщала она. — Рейсы электричек отменены на неопределённый срок.

На фоне были видны колыхающиеся на ветру ленты, опоясывающие здание вокзала. За ними мелькали фигуры людей в форме с датчиками.

Захарыч выключил телевизор, кинул пульт в кресло.

— Всё понятно, — процедил он. — Придётся мне одному вывозить.

— Ну а как вы хотели? Вы ведь сами вызвались на эту работу, — заметил я, и Захарыч сморщился.

— Алексей, вот только не надо нравоучений, — выдавил старик. — Я и сам это знаю.

Буквально через пару минут начали приходить пациенты. Семь человек я принял и решил сделать передышку. Отправился в обеденную, заварил себе чаю.

Настя побежала в купельно-реаниматорскую, заменяя Захарыча. Тот, ворча, присоединился ко мне, сообщая, что задолбало его заниматься не своей работой.

— Добрый день, присаживайтесь, я позову лекаря, — услышал я голос Пули из коридора.

— Ох, побыстрей бы, — донёсся грудной женский голос. — Сердце что-то давит, не могу.

Я встретился взглядом с Захарычем, вздохнул и, сделав глоток горячего напитка, поставил кружку на стол.

— Надо было дверь прикрыть, — услышал я вслед от старика.

Думаю, что это не выход.