ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был обычным интерном, и меня вполне устраивало такое существование. Но одна беда всё перечеркнула. Я очутился в другом мире, где лекари — это великие маги-целители. Сам я — никудышный врач с едва теплящимся даром, которому суждено латать преступников в подземельях. Но я не намерен опускать руки. Тем более что рядом со мной есть союзник, и вместе мы способны на многое. Эволюция целителя 4 Сергей Харченко, Сергей Карелин Я был обычным интерном, и меня вполне устраивало такое существование. Но одна беда всё перечеркнула. Я очутился в другом мире, где лекари — это великие маги-целители. Сам я — никудышный врач с едва теплящимся даром, которому суждено латать преступников в подземельях. Но я не намерен опускать руки. Тем более что рядом со мной есть союзник, и вместе мы способны на многое. ==================== Глава 1 Глава 1 Але Врезался я в стену конкретно. Услышал хруст, и моё тело прошило резкой болью. Два ребра сломаны точно, да ещё каждая мышца тела содрогалась от избыточного разряда. Меня трясло. Я смотрел на сорвавшийся с места джип. Софья… Они похитили Софью. Ублюдки! Я должен их остановить! В моей груди раздался щелчок, будто разорвалась некая оболочка. И боль которую я испытывал до этого, показалась мне цветочками. Я закричал. Громко, до хрипа. Ноги подкосились, заставляя меня упасть на землю. Нет! Я не сдамся! Хрен они угадали! Зарычав, я вскочил на ноги. Карыч что-то верещал на фоне, несколько прохожих шарахнулись в сторону, кто-то взвизгнул. Всё это не имело значен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да, не откажусь, — кивнула Державина, принимая от меня бокал.

Себя я тоже не обделил, поднял хрустальный бокал и произнёс тост.

— Иллюминация н великолепна, но на самом деле истинный свет исходит именно от Вас, Софья, — произнёс я. — За Вашу способность делать этот мир прекраснее одним лишь своим присутствием!

— Ой, как приятно, — заулыбалась Державина. — А вы романтик, Алексей.

— Только учусь, — заметил я. — Но ваша оценка говорит о том, что я на верном пути.

— Потрясающий комплимент, — оценила Софья.

Я пригубил игристый напиток, который оказался очень приятным, с нотками фруктов. Затем я взглянул на бутылку, из которой один из официантов разливал в бокалы шампанское.

— «Золотая лента», — прочёл я на золотистой этикетке.

— Элитный напиток аристократов, — объяснила Софья, мило улыбнувшись. — Граф Новиков в своём репертуаре. Всё у него на высшем уровне, как и всегда.

— Я что-то слышал об этом шампанском, — заметил я.

Точнее не я, а мой предшественник. Но не буду же я говорить об этом Софье?

— Производство находится под Петербургом, — сообщила Софья. — Бизнес князя Михаила Меньшикова. Кстати, он тоже должен быть на этом вечере.

В стороне Эдик о чём-то говорил с Зинаидой. Затем они подошли к нам с бокалами.

— Да я лишь попробовала ту утку, вот и всё. Там соус вкусный, — хихикнула Зинаида.

— Попробовала, — рассмеялся Хлебников. — Ну да.

— Что случилось? — удивилась Софья.

— Да ничего особенного, собственно, — хохотнул Эдик. — Просто графине Стариковой не достался утиный стейк. Кто-то очень голодный утащил добычу из-под её носа.

Мы с Софьей дружно прыснули со смеху.

— Зин, ну ты что творишь? — тихо произнёс я, замечая за столом позади нас недовольную худощавую женщину в гламурном тёмно-зелёном платье. В одной руке она держала бокал шампанского, деликатно выставив мизинец, во второй вилку. Женщина бродила взглядом по столу, искала нужное блюдо. Видно, та самая обделённая графиня.

— Ну а я что? Нечего было ушами хлопать, — выдавила довольная Зина. — Кто успел — тот и съел.

— Зина, ты такая душка! — улыбнулся Хлебников. — Просто изумительное выражение. Надо запомнить.

— Фраза из детства. Я ж из многодетной семьи, — криво улыбнулась Артишок. — У нас как? Ставят большое блюдо с пельменями и восемь вилок. Так что если вспышку прое… ой… прозеваешь, голодным останешься.

— Простите, а вы из какого рода? — спросила её подслушавшая наш разговор пожилая женщина.

— Лариса Павловна, моя девушка, — подчеркнул Эдик, подмигнув нам. — И род её очень влиятельный.

— Род Артишок, очень древний сибирский род, — подыграла ему Зина.

— Редкая фамилия, нет, не слышала, — растерянно произнесла женщина. — Какие суровые у вас условия трапезы.

— У нас был особый дворянский этикет, ага, — ухмыльнулась Зина.