ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бастион — место, где выжить не выйдет. Тут не стоит обзаводиться союзниками: они либо быстро сдохнут, либо, что ещё забавнее, воткнут нож в спину. Я не помню ни своего имени, ни прошлой жизни. Очнулся в полной заднице — влип по-крупному. Итог: я глухой, еле живой, с переломанными костями, отбитыми внутренностями и, кажется, травмированной головой. Вроде бы проще пристрелить себя, но это не мой путь. Сейчас я приду в себя, осмотрюсь — и горе тем гадам, что устроили мне это. Отыщу — выпущу потроха!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кажется, мышцы верхней и нижней челюсти почти перестали мне подчиняться.

— «Скрутка»! — в ярости заорал Шакал.

Правую руку и левую ногу словно ухватили невидимые руки и принялись выкручивать. Тянуть в разные стороны. Что-то щелкнуло в спине. Затем я отчетливо услышал хруст собственных костей и суставов. Это было так больно, что я едва не отключился об обжигающей разум боли. Случайно прикусил язык, почувствовал металлический вкус крови.

Болело все. И одновременно тело сковало странное ощущение, отбрасывающее боль на задний план.

Шакал, видимо, осознав, что едва не убил меня, остановился в нерешительности, глядя на меня выпученными глазами. Да он реально псих, больной маньяк. Отморозок.

— Хирурга ко мне! Живо! — заорал Шмель одному из бойцов. Тот сорвался с места и рванул в ближайшее здание.

А я лежал у стены, в неестественной позе, скорчившись от адской боли. И даже не мог пошевелиться…

ВНИМАНИЕ!

У вас критическое состояние здоровья: 2/100

Требуется срочная медицинская помощь.

— Вот зачем ты меня вынудил? — Шмель поколебался, подошел и присел рядом, глядя на торчавшие из моих ран сломанные кости. Правая рука и левая нога превратились в жуткую мешанину мяса и костных обломков. И, кажется, у меня был сломан позвоночник.

Я только сдавленно простонал. Мозг работал в «аварийном режиме», боль затмила собой все. Ни о каком здравом смысле и речи быть не могло. Сознание было чистым, но разум был готов отключиться. Еще немного и я отключусь, а там и до смерти недолго.

— Ты, приведи Линду! Живо! — скомандовал он другому бойцу.

Второй конвоир кивнул и бросился в противоположную сторону.

— Артем… Ты прости… Я… Мне нужно, очень нужно! — Шмель сидел рядом, положил тяжелую ладонь на плечо. — Слушай… Ну помоги мне. Или все закончится плохо. Давай, а?

Я мотнул головой. Скрипнул зубами от боли и злости.

Сознание начало медленно потухать.

Послышались торопливые шаги.

— Вызывали? — раздался незнакомый голос со стороны.

— Хирург, этого нужно подлечить! — приказал Шмель, неестественно стальным голосом. — Я тут погорячился! Э-э… Сделай все, что можешь!

Тот неуверенно подошел ближе, наклонился. Быстро осмотрел, пощупал руками. Совершил какие-то манипуляции пальцами.

— Шеф, ты извини, — пробормотал он, растерянно глядя на Шакала. — Но это уже полутруп. В двух местах сломан позвоночник, рука и нога — фарш. Внутренние органы повреждены. Обильное кровотечение. Его добить легче. Протянет еще минуту, не больше. Даже я ему помочь не смогу… Поддержать немного да, минут пять.

— Артем! Бля! — Шмель, осознав, что теряет последнюю соломинку, снова начал злиться. — Да скажи ты мне хоть что-нибудь!

Но я молчал. Нечего было говорить.

— Держи его, сколько сможешь! — нахмурился Шакал, обратившись к доктору.