ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

До Великого Размытия остаётся всё меньше времени, и трудностей только прибавляется. Растущая мощь Тёмного Князя вынуждает заговорщиков соблюдать величайшую осторожность. В то же время группа Родиона Булатова набирает силу, и с такими покровителями во власти их уже никто не посмеет считать слабаками. Но любой подготовке приходит конец. Грядёт главный бой, и он будет самым тяжёлым. Первая книга серии "Кафедра" Кафедра-4 Игорь Лахов До Великого Размытия остаётся всё меньше времени, и трудностей только прибавляется. Растущая мощь Тёмного Князя вынуждает заговорщиков соблюдать величайшую осторожность. В то же время группа Родиона Булатова набирает силу, и с такими покровителями во власти их уже никто не посмеет считать слабаками. Но любой подготовке приходит конец. Грядёт главный бой, и он будет самым тяжёлым. Первая книга серии "Кафедра" ==================== Глава 1 Глава 1 Знаете, кого я больше всего ненавижу? Нет, не тварей Преисподней. Их хотя бы можно убить. Уже на второй день моей преподавательской деятельности в Академии жгучая ненависть появилась к студентам. Но ни одному из них нельзя отрезать голову или, на худой конец, заехать по морде. Необходимо с каждым сюсюкаться, по сто раз объяснять бестолочам с виду простейшую пентаграммку потустороннего мира. Ещё и привлекать к себе внимание, отрывая особо нерадивых учеников от игры в карты под партой или рисованием в тетрадях различных каракулей вместо примерного записывания лекции. К этому нужно приплюсовать, что я тоже совсем

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теперь исполняет привычную для него роль моего «возничего», ну и заодно «няньки». Основательный парень. Полностью перебесился и за ум взялся. Иногда мне кажется, что с рассудительностью у него даже перебор. Но зато семья не нарадуется.

— На работу, Витя. Жми на газ.

Доехал до Академии. Поднявшись по ступенькам, по-свойски поздоровался с охранниками и вручил каждому по бутылке дорогого коньяка в честь нового учебного года. Хорошие мужики! Столько раз выручали бедного студента и начинающего преподавателя Родиона Булатова. Пусть порадуются.

Идя по пустынным коридорам Академии с белкогадом, устроившимся у меня на плече, я вспоминал, как впервые очутился в них. Мог ли тогда подумать, что превращусь из простого студента в ректора? Никогда! А теперь это моя вотчина.

Когда в стране наступило относительное спокойствие, основные политические дрязги улеглись, а Преисподняя на время затихла, зализывая свои раны после крупного поражения, мне поступило от императора и его соратников несколько шикарных карьерных предложений. Но я запомнил слова иного императора — Вечного. В последнюю нашу встречу он сказал, что невозможно разделить две сцепившиеся Реальности и война продлится ещё не одно поколение.

Поэтому нужно сделать всё, чтобы врагу было неинтересно завоёвывать нас. Чтобы он понимал, что потратит на противостояние больше энергии, чем сможет получить в случае победы. Лишь это принесёт хотя бы относительный мир человечеству.

Можно по-разному относиться к Вечному Императору, но в мудрости ему не откажешь. Да и не Вечный он теперь, после избавления от Меча Душ. Надеюсь, в том, бывшем для меня родном мире он исполнит свою мечту и наконец-то умрёт, как нормальный человек, не мучаясь веками от одиночества. Император достоин этого.

И ещё я помнил, насколько силён тот Архидемон, что застрял в плену межреальности. Даже Тёмный Князь с ним не сравнится. Если очередная подобная тварь обратит внимание на нашу Землю, то ей должны противостоять войска, равнозначные по силе.

Кто, кроме меня, может совместить и расширить опыт двух человеческих Реальностей? Даже Миа, ставшая Дарьей, несмотря на все свои способности, не имеет подобных возможностей.

Поэтому моя просьба возглавить в Академии обучение одарённых вызвала удивление у многих, но не у жены наследника трона Дарьи Хаванской. Бывшая лучшая ученица школы ликвидаторов встала на мою сторону. Тем более, после гибели ректора Горенёва, до последнего остававшегося со второкурсниками во время того легендарного боя, ректорское кресло пустовало. И ни полностью выгоревший Дракон, ни Анна Юльевна, ни остальные немногочисленные выжившие преподаватели не пожелали его занять, отдавая предпочтение научной, а не административной деятельности.

Актовый зал был полон.