ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После череды убийств, где жертвами становились женщины, город ввёл жёсткое правило: мужчинам запрещено выходить на улицу в тёмное время суток, а за каждым закреплён электронный браслет, следящий за каждым шагом. Женщины наконец вздохнули спокойно. Идиллия длилась недолго — в парке нашли тело задушенной. Расследование поручено Памеле, видавшей виды полицейской, которая уже подумывает об отдыхе. Молодые напарницы твердят в один голос: убийца — женщина. Мужчина при таком контроле просто не смог бы подойти к жертве. Памела не верит. Она знает: здесь что-то не сходится. А тем временем три женщины проживают свои истории. Сара, сотрудница отдела мониторинга, разведена и воюет с дочерью-подростком. Элен, учительница, мечтает о ребёнке, но годы уходят. Кэсс, дерзкая девчонка, открыто смеётся над комендантским часом. Их судьбы переплетутся в клубок лжи и предательства.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Другая намного моложе, в леггинсах и ярко-розовых кроссовках, волосы собраны на макушке в небрежный пучок. Ранние пташки, совершающие ежедневную прогулку перед выходом мужчин в семь утра.

– Думаю, это они ее нашли, – говорит Рэйчел. Она в полиции всего несколько лет. Увлеченная, но молодая. Ей довелось выполнять свою работу только в условиях комендантского часа. Как было раньше, она не знает. Она пытается сохранять спокойствие и вести себя профессионально, но я чувствую ее волнение, и меня это беспокоит. Для Рэйчел это новое дело. Крупное, серьезное. Адреналин зашкаливает. У меня тоже, но вместо радостного трепета я испытываю страх.

– Сначала я с ними поговорю, – заявляю я. – Они в шоке.

– Я знаю, что они чувствуют, – отвечает Рэйчел. – Но… как это могло произойти?

– Нам это не известно. Так что давайте сохранять непредвзятость, пока не раскроем дело. Насколько мы знаем, это несчастный случай, авария. Может, все не так уж и запутанно. – Еще не договорив, я понимаю, что все не так. Попавшие в аварию женщины не оказываются в кустах в парке, наполовину зарытыми в землю.

Женщина помладше обнимает старшую за плечи. При моем приближении они поворачиваются. Младшая неуверенно встает на ноги и указывает на кусты.

– Она там. Я… я накинула на нее куртку. Не знала, что еще сделать.

– Вы все правильно сделали, – лгу я, не желая усугублять их страдания. Я прошу Элисон, другого офицера полиции, записать их показания и успокоить, насколько возможно. Достаю планшет и начинаю записывать. Планшеты сменили смартфоны много лет назад, и сейчас они есть почти у каждого. Они одновременно и благословение, и проклятие, поскольку все твои данные хранятся в одном месте, но ты в полной заднице, если потеряешь эту чертову штуковину или если она тебе вообще не по карману.

Я собираюсь с духом и спускаюсь к густым зарослям кустарника. Первыми бросаются в глаза босые ноги. Ногти на ногах персиково-розовые. Какой красивый цвет! Он напоминает цветы, губную помаду и летние девчачьи платьица, то есть все милое и очаровательное, чему здесь нет места. Труп частично завернут в белую простыню, а плечи и лицо накрыты синей спортивной курткой.

Приседаю рядом с ней. Это переломный момент, точно такой же, как убийства члена парламента Сьюзен Лэнг и четырех женщин шестнадцать лет назад. Их находили забитыми до смерти в общественных местах в течение пяти ужасных месяцев.

Пока убийцу не поймали, женщинам велели оставаться дома. Подразумевалось, что, если с нами что-то случится, это будет наша вина. Но нам надоело, что нас обвиняют в поступках мужчин. Мы сказали «хватит». Начали создавать онлайн-сообщества. Выходить с демонстрациями на улицы.