Из-за закрывшейся двери каюты донесся еще один глухой удар. Будь у Вадима не бесшумный бластер, а допотопный пулевой пистолет, Станислав не на шутку встревожился бы. Впрочем, ему и так совершенно не хотелось шутить.
— А давайте выкинем его в шлюз без скафандра? — кровожадно предложил Теодор, но по капитанскому лицу понял, что первый кандидат на это вовсе не Вадим, и сник: — Я имел в виду чисто попугать…
— Попугать?! Да вы и так уже человека до нервного срыва довели!
— А что мы сделали-то? — смущенно пробормотала Полина. — Как будто в первый раз…
— Вот именно! Взрослые люди, а ведете себя как…
— Восьмилетки? — с невинным видом подсказал пилот.
Станислав вздохнул. Увы, он прекрасно понимал и Вадима, и команду. Обе стороны были по-своему правы — а значит, одинаково виноваты.
— В таком случае, деточки, придется на неделю лишить вас мультиков и сладкого, — безжалостно постановил он. — Маша, заблокируй этим обалдуям доступ к видеоразделу и играм, а сгущенку я сам сейчас пересчитаю и запру в своей каюте.
— Станислав Федотович, это нечестно! — взвыл Тед. — Мы же ничего не сделали!
— Вот именно! Разве не видно, что у человека серьезная психологическая травма? Неужели нельзя быть немного потактичнее? Не провоцировать его?
— А почему это мы должны под него подстраиваться? У меня, может, тоже травма — не люблю психов!
— Тед, хватит, — неожиданно подал голос Дэн, до сих пор так и стоявший столбом, будто выключенный. — Можете не считать сгущенку. Вам достаточно приказать мне ее не брать.
Станислав с подозрением посмотрел на киборга, но понять, обиделся тот или признал наказание заслуженным, так и не смог. Впрочем, врать ему навигатор точно не стал бы, поэтому капитан многозначительно повторил:
— Неделя. А там посмотрим на ваше поведение.
— Чем же нам тогда заниматься? — растерянно поинтересовался пилот.
— Книжки читайте! — отрезал Станислав. — Может, наконец думать научитесь.
* * *
Вадим не выходил из каюты до вечера, хотя его честно позвали и на завтрак, и на обед. Спецагент понимал, что демонстративно бойкотировать экипаж судна, на котором ты летишь, глупо и неблагодарно, особенно по отношению к ни в чем не повинному Славику. Капитан же честно предупредил его о царящих на борту порядках (а тем паче беспорядках), дав приятелю возможность одуматься и перейти на другой корабль. Но Вадим этого не сделал, поэтому теперь отбрехивался, что хочет спать, а не есть.
— Потом опять всю ночь свои сериалы дебильные смотреть будет, — завистливо прошипел Теодор, у которого уже начиналась ломка. Еще чуть-чуть — и терзаемый информационным голодом пилот согласился бы не только на дешевую комедию, но и на мыльную оперу для домохозяек со знойным Раджем, томной Гитой и кучей их поющей и танцующей родни.
— Ну и пусть себе смотрит.






