Я как раз собираюсь его забрать из Тумановки.
— Правильно, и ещё одно, — Яганна снова опустила голову к плетению, — В подземельях будет темно, не темно, как в подвале, а темно, как в могиле, понимаешь? Там, где давно льют кровь во имя тёмного, свет умирает иначе. Твоё внутреннее зрение будет угасать постепенно. Возьми с собой кусок самого старого янтаря, который сможешь найти и держи при себе, он не даст тебе ослепнуть раньше времени.
— Где взять старый янтарь?
Старуха не ответила, она потянулась к плошкам, стоящим на столе, покопалась в одной из них, и достав что-то небольшое, протянула мне.
На морщинистой ладони лежал кусок янтаря размером с крупную ягоду. Цвет у него был тёмный, почти коричневый, совсем не похожий на тот золотой янтарь, что вел меня по коридорам. Внутри угадывалась маленькая тёмная точка, может быть, насекомое, а может, просто пузырёк воздуха, застывший несколько миллионов лет назад.
— Дарина передала, — произнесла Яганна, — Бери?
— Спасибо, — я принял янтарь и сразу же почувствовал живое тепло, исходящее от камня.
— Меня не благодари, я тут не причём — хмыкнула старуха.
Я убрал янтарь в нагрудный карман. Яганна уже снова плела, не поднимая глаз.
Я вышел в коридор и остановился.
Из-за одной из боковых дверей, слабо освещённой, слышался голос Дарины. Она говорила с кем-то тихо, но чётко, и я расслышал несколько слов.
— Не сейчас, время не пришло, когда придёт, я буду готова. Она у него в безопасности. Да, я знаю…
Не стал подслушивать дальше, повернулся и пошёл к выходу, думая о Варьке и о том, что Хозяйка Медной горы, пусть и низвергнутая, всё равно следит за своей дочерью, просто на расстоянии.
Прежде чем отправиться в Тумановку, решил заглянуть в Одел Аномальных Расследований, уж очень мне хотелось переговорить лично с Куницыным.
Переход обратно в Явь занял меньше времени, чем я ожидал. Вышел я прямо рядом с ОАР, на знакомом пустыре и сразу направился ко входу.
Куницын встретил меня у входа, что было непривычно. Обычно аналитик сидел в архиве, на крайний случай в кабинете, заваленном папками, и вставал с места только по острой необходимости, то — что он вышел, означало что новости очень срочные. Интересно, Елена уже успела посетить ОАР, или я прибыл сюда раньше её, скорее всего второе.
— Давайте пройдёмся, Алексей, — произнёс Артём Павлович, бросив взгляд на Марфу Ильиничну, сидевшую за стойкой, которая с любопытством пялилась на нас.
Мы двинулись на улицу, Куницын шёл быстро, чуть сутулясь, опустив руки в карманы брюк.
— Артём Петрович, ну не томи, — произнёс нетерпеливо.
— Я нашёл кое-что интересное, — произнёс он без предисловий, — В архиве ОАР есть дело, датированное тысяча девятьсот семьдесят восьмым годом. Оно не засекречено, просто очень давнее и никто о нём не вспоминал.






