ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приграничье — оторванный от нашей земли кусок, что лежит в краях вечной стужи. Сюда можно угодить случайно, оказавшись в неудачный момент в неудачном месте. Но выбраться отсюда не выходит ни у кого — ни у простых людей, ни у сильнейших колдунов. А что будет, если между обычным миром и этим местом возникнет устойчивый переход? Как магия с той стороны повлияет на нашу реальность? Каких чудовищ она породит? И не придется ли в итоге привлекать чистильщика? А если придется — справится ли Александр Леднев, известный как Лед?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вырвавшаяся из подвала стужа в один миг коркой наледи расползлась по ступеням, затянула инеем стены и выморозила воздух, да так что дышать стало невмоготу. Здание заскрипело, послышался звон лопнувших стекол, и останься мы внизу, сейчас украшали бы интерьер четырьмя ледяными статуями.

— Мать вашу! У меня слезы замерзли! — пожаловался Селин и принялся счищать изморозь с лицевого щитка.

— Плакса! — не упустил возможность поддеть его Гамлет, предусмотрительно отошедший дальше других.

— Рот закрой, — огрызнулся Денис, не расположенный сейчас выслушивать в свой адрес шпильки.

— Соберитесь! — одернул их Городовский. — Теряем время!

И мы отправились в подвал. С каждой ступенькой температура становилась все ниже и ниже; стужа проникала под одежду, ледяными касаниями морозила кожу, заставляла трястись в ознобе и клацать зубами. Короче, холодно было, очень холодно…

Споткнувшись об отозвавшегося ледяным звоном мертвеца, я ухватился за приоткрытую дверь и заглянул внутрь. Никого и ничего. И лишь откуда-то из глубины подвала докатывались рвавшие гладь магического поля колебания. Как будто, как будто…

— Он пытается удрать! — сообразил я и одним рывком распахнул заевшую дверь.

— Как так? — удивился Городовский.

— Создает новый выход из свертка!

Я заскочил в подвал, и кеды немедленно заскользили на покрывавшей пол наледи. Пришлось замедлить шаг, но и так удерживать на прицеле дальний дверной проем толком не получалось.

— Прикрывайте! — попросил я парней, и словно нарушившее тишину слово стало тому причиной, по комнате начал расходиться нестерпимо студеный туман, а рассыпанное тут и там ледяное крошево потекло, собираясь в человекоподобные фигуры.

Одна из полупрозрачных рук вдруг стремительно дернулась, ухватила меня за штанину и рванула на себя; я рухнул на спину, сразу попытался отползти к выходу, но ледяные пальцы заострились и острыми когтями пропороли прочную ткань, удерживая на месте. Тут же залязгали затворы пистолетов-пулеметов, тяжелые пули сорок пятого калибра принялись выбивать из големов осколки льда; тем — хоть бы что.

Спас Городовский. Ухватив страховочную петлю жилета, он поднатужился и одним рывком оттащил меня к входной двери, потом выдернул обрез и спустил курок. Голова вцепившегося в ногу голема разлетелась на куски, и я наконец сумел выползти к уже убравшимся на лестничную клетку парням. Сразу выхватил из кармашка вторую самопальную гранату и зашвырнул ее в комнату.

— Мать! — охнул Городовский и пинком захлопнул дверь; Денис и Датчанин ухватили меня под руки и молча рванули вверх по лестнице. Я попытался высвободиться, но тут раздался негромкий вроде бы хлопок, и особняк содрогнулся от фундамента и до самой крыши.